Развод. Вспомни, как мы любили

 — Да и не надо мне этого!

— А чего тебе надо?!

— Тебя мне надо! И тогда ты была мне нужна!

— Что ты несешь?!

— Да! Была нужна той, кто выпнет меня и даст прийти в себя! Без мести через наших дочерей! Ты ведь могла!

— Могла!

— Почему не стала?!

— Потому что ты был хорошим отцом и мужем! И я уже это говорила! Но это не отменяет того кошмара, что ты устроил!

— Ничего этого не отменит, Маш, — в отчаянии шепчет Виктор. — Это часть нашего прошлого. И представь себе, я не хочу его отменять или забывать. Или игнорировать.

Потому что это урок для меня. Потому что я теперь знаю, что я могу быть унылым придурком и что скука в жизни бывает! Бывает! И что не надо бояться быть для своей жены обычным человеком! Нет, Маша, не могу и не хочу тебе обещать, что я буду идеальным, только прими меня обратно! Потому что это будет вранье! Я не идеальный! И в некоторых вопросах так себе вариант!

— Ну, офигеть! — охаю я. — Тогда почему я должна хотеть за тебя замуж?!

— Не знаю! Тогда возьми и откажись от меня!

— Да я уже отказалась от тебя! И что? — развожу руки в стороны.

 — Я беременна! От тебя! Ты же не уйдешь в закат!

— Не уйду.

— Да ты просто вынуждаешь быть с тобой! Опять будешь тут шататься с пледами и жасминовым чаем! Да? И опять появится твой кофе на кухне!

— И тебе опять завязывать мне галстуки! И не тем узлом, который тебе нравится!

— Да щас!

— Тогда привет, галстуки на резиночках!

И я кричу. В бессилии и ярости перед мужчиной, которого боюсь и которого хочу рядом. Так больно сейчас и так непонятно с ним.

— Я бы сказал, что люблю тебя, — хрипло говорит он, когда я замолкаю, чтобы отдышаться, — но это банальная банальность. Нет такого слова, чтобы описало, что у меня к тебе, Машуль. Это проклятие и благословение, и они убивают и возрождают меня. И я тебе с уверенностью могу сказать, что второй такой женщины в моей жизни не будет.

— Да где же ты еще такую дуру-то найдешь? — горько усмехаюсь.

— Никто из нас друг без друга не умрет, — Виктор делает шаг.

 — И это бесит, потому что тогда вообще не было вопросов, почему мы должны вновь сойтись. Чтобы спасти друг друга, да? А у нас все иначе. Нам не надо друг друга спасать.

— Нет, не надо… — шепчу я."

"— Мы можем быть вместе только, если этого хотим, — Виктор делает еще один шаг. — Если хотим видеть друг друга по утрам. Любыми. Довольными и недовольными. Простое желание, но какое сложное.

— И не хочу я, чтобы ты был идеальным, — опускаюсь на подлокотник кресла.