Странствие во тьме

Говорит на каком-то непонятном языке! Ветле понимает этот язык, но он не знаком и чужд ему, абсолютно чужд.

— Да, — попытался ответить он, но получился только хриплый шепот. Он прокашлялся и уже четко повторил: — Да.

— Ты можешь спокойно повернуться. Я не опасен.

Ветле сглотнул. Глубоко вздохнул и медленно повернулся. Смотреть едва осмеливался.

От страха у него все плыло перед глазами, но вскоре ему удалось взять себя в руки, и взгляд его прояснился.

Тень? Нет, больше, чем тень. Создание высокого роста в темном плаще с капюшоном, закрывающем лицо.

— Ты слышал обо мне, не правда ли? — спросило создание.

Ветле наконец обрел контроль над голосом, но не над самим собой. Желание убежать вверх по лестнице и запереться в своей комнате снова овладело им.

Но такому гостю двери и замки, наверное, не препятствие.

Ветле не убежал. Сейчас надо произвести как можно лучшее впечатление. Показать себя храбрым.

— Ты слышал обо мне, не правда ли? — спросило привидение.

— Думаю, да, — пробормотал Ветле себе под нос.

У него создалось впечатление, что призрак косо улыбнулся. И тут он снова услышал его удивительный голос:

— Мы нуждаемся в твоей помощи, Ветле.

В горле у мальчика перехватило.

— В моей… помощи?

Это звучало невероятно! Но и прекрасно. Мужество стало возвращаться к нему.

— Я не знал, что обычные представители Людей Льда могут вообще вступать с вами в связь, — дрожа, произнес он и непроизвольно отвесил призраку низкий поклон. Господи, как глупо прозвучало это «вообще»! В этой связи не существует никакого «вообще»!

— Мы вынуждены, — ответил гость.

— Я знаю. Война.

— Войны идут своим опустошительным путем. Но, если основатель рода Людей Льда вмешается снова, последствия будут ужасны."

"Язык! Сейчас после того как в голове его перестало гудеть от шока, Ветле узнал его. Это был древне-норвежский. Не самый древний, напоминавший исландский. Нет он… был каким-то средним.

Несмотря на свою молодость и неуправляемый нрав, Ветле был очень любознательным мальчиком и стремился побольше узнать. Он схватывал все быстро и усваивал крепко. Знания прочно удерживались в его голове. Гость своим невнятным голосом сказал:

— Мы не можем просить Бенедикту, которая сейчас осталась единственным меченым проклятием человеком. Женщина, да еще в ее возрасте, не выдержит такого напряжения.