Страна Шепчущих озер

Но Рена всё же ответила:

– Да, хочу.

Власть"

"Здесь, в толще скалы, ни за что не догадаешься, что снаружи ночь. Аликс знала ритм жизни замка и понимала, что прежде чем освобождать пленника, нужно дождаться большой трапезы. Когда обеденный зал опустел, а посуда была вымыта, слуги первой смены разошлись по своим комнатам отдохнуть. До прихода второй смены как раз оставалось достаточно времени, чтобы проползти по тайному ходу в подземелье, к Крапке. Останется только дождаться смены караула и действовать быстро.

Оставшееся время Аликс решила использовать для беседы с Ароном, а Тавиан направился в архив. Именно туда после смерти Эннобара доставили все его бумаги.

В покоях Арона свитки громоздились не только на столе, но и на полу, и на красивых кованых креслах. Коврами Арон не обзавёлся, и пол в комнатах был из того же тёмно-серого камня, что и в остальных помещениях Скального замка. В воздухе витал аромат сушёных трав.

Когда Аликс вошла и поклонилась, мастер Гильдии Огня сидел за своей бас-зерудой с закрытыми глазами: он любил так проводить время, напевая какую-то мелодию.

Комнату наполнили низкие вибрирующие звуки. Инструмент размером с человека был вырезан из ночного дерева, а его плавные формы восхищали взгляд. У стены стоял меч Арона – дорогое оружие, инкрустированное карадием. Аликс ощутила ауру меча ещё при входе в комнату: как и большинство рождённых в Гильдии Огня, она унаследовала дар чувствовать металлы.

Конечно, Арон уже давно заметил, что у него гостья, но не спешил открывать глаза и заканчивать мелодию.

Допев, он встал, накинул на инструмент чёрную шёлковую ткань и направился к низкому дивану рядом со входом в комнату.

– Извини за беспокойство, тану, – сказала Аликс, присаживаясь без спроса. Она знала Арона достаточно давно, чтобы позволять себе такие вольности. – Я надеялась узнать от тебя какие-нибудь подробности об Эннобаре.

Арон помрачнел.

– Ты сама его прекрасно знала. Даже нож на пояс повесить не удосужился, разГильдяй. Рождённый в Гильдии Огня никогда бы не позволил аисту себя прикончить.

Вряд ли у этих пернатых хватило бы на такое сил.

Грубые слова и резкий тон не обманули Аликс. Чем сильнее огорчался Арон, тем суровее звучали его речи.

– Вы с ним неплохо ладили, правда? – снова спросила Аликс.

– Он был необыкновенным человеком: любил музыку и всегда с удовольствием слушал мою зеруду. Иногда мы разговаривали об истории Дареша, о том, что происходит в провинциях, куда мы идём.