Стирая прошлое

— Ты должен перестать тайком читать мои сообщения. Терпеть это не могу, — огрызнулась я, хмуро глядя на него, что было трудно, когда он стоял в одном полотенце.

— Привыкай к этому, детка, надо как-то присматривать за тобой. Особенно, когда у тебя возникают безумные идеи, вроде ухода из клуба. Твой магазин закрыт, пока мы не разберемся с этим дерьмом. — Его тон был серьезным.

Во мне закипел гнев, и я едва удержалась, чтобы не шлепнуть его.

— Что, прости? — тихо спросила я.

Кейд скрестил руки на груди, пытаясь запугать меня своей мачо-позой.

— Твой магазин закрыт, пока мы не уберем этих мудаков. Это легкая цель, слишком уязвимая.

Мой вспыльчивый нрав разгорелся до эпических масштабов.

— Считаешь, что имеешь право диктовать, закрывать мне бизнес или нет? Ты что, совсем спятил? — крикнула я, встав с ним нос к носу, даже если я только доходила ему до плеч на каблуках.

— Считаешь, я хоть на секунду подумаю рискнуть твоей безопасностью, Гвен? Магазин закрыт, конец разговора, — его голос повысился, он явно не привык, чтобы кто-то спорил с великим и могущественным Кейдом.

— Иди на хрен! — взвизгнула я. — Ни за что на свете ты не будешь указывать мне, как вести бизнес. У меня есть сотрудники, которые ожидают, что им заплатят, заказы, которые нужно выполнить, это мой гребаный заработок. Эти головорезы не вернутся, они не настолько глупы. Я не позволю этому дерьму снова управлять моей жизнью. — Я тяжело дышала, во мне пульсировала ярость.

Глаза Кейда вспыхнули, он отвернулся от меня, сметая все, что было сверху комода, на пол.

— Как, твою мать, я вообще буду мыслить здраво, зная, что ты уязвима? С тобой может случиться все, что угодно, и меня, бл*ть, там не будет! — он повернулся ко мне, сжав руки по бокам в кулаки.

— Тебе придется найти способ справиться с этим. Ты не помешаешь мне жить своей жизнью. Я отказываюсь позволять этому дерьму ставить преграды хоть в чем-то, и сегодня я не буду иметь дело с твоей мачо-хренью! — крикнула я в ответ, тяжело дыша, гнев огненной волной пронзил меня.

Лицо Кейда превратилось в маску чистой ярости. Он приблизился ко мне, прижав к стене. Сердце угрожало выпрыгнуть из груди, когда он обхватил рукой мою шею, достаточно сдавливая, чтобы я почувствовала его силу, но не настолько, чтобы причинить боль.

— Почему ты не можешь просто сделать, как я, бл*ть, говорю? Без споров, — прошипел он, его глаза потемнели.