Стирая прошлое

Кейд издал тихий смешок.

— Теперь мне хочется на это посмотреть, Гвен, ты ведь не можешь насытиться моим членом. У тебя самая жадная киска, которая у меня когда-либо была.

Я раздраженно вздохнула, но даже не потрудилась ответить, полагая, что молчание, вероятно, еще больше разозлит Кейда. Но оно его только позабавило. Он потерся щетиной о мою шею и поцеловал в ключицу.

— Спокойной ночи, детка, — хрипло прошептал он.

Я зажмурила глаза, но не смогла удержаться, чтобы не зарыться еще глубже в его тело.

***

Я взволнованно стояла у входа терминала прибытия, не в силах удержаться от беспокойства, наблюдая, как путешественники приветствуют своих близких.

Я вытягивала шею, выискивая брата. Волнение быстро сменилось нетерпением, и я вспомнила сегодняшнее утро, когда встала ни свет, ни заря, не в силах спать, а Кейд в кои-то веки не проснулся.

Это было к лучшему, потому что он любил покувыркаться с утра, и независимо от сказанного мной накануне, я понимала, что не смогу устоять перед его сексуальными магическими талантами.

Я решила уехать в аэропорт пораньше, пока он не проснулся и не потребовал поехать со мной. Этого бы я не перенесла, мне нужно было немного времени с братом, свободного от всякой драмы, прежде чем я вывалю на его голову историю своих отношений. Судя по сообщению Кейда, он злился.

Кейд: Сегодня твоя задница будет полыхать красным.

Я ухмыльнулась, перечитывая сообщение и оставляя его без ответа. Сегодня я не возражала против красной задницы. Оторвав взгляд от телефона, я увидела крупную фигуру Йена, выделяющуюся из толпы.

Я сунула телефон в сумочку и побежала к нему, пробираясь сквозь народ, чтобы прыгнуть на старшего брата.

— Йен! — закричала я, обнимая его за шею.

Тело брата завибрировало от смеха, когда он заключил меня в крепкие объятия.

Йен оторвал меня от себя, удерживая на расстоянии вытянутой руки и изучая. Словно искал внешние признаки того, что я разваливаюсь на части.

— Ты хорошо выглядишь, Эйс. На самом деле, великолепно.

Он улыбнулся и притянул меня в еще одно медвежье объятие, прежде чем я успела отплатить ему тем же и убедиться, что он не изрешечен пулевыми отверстиями.

Когда Йен отпустил меня, по моим щекам текли слезы.

— Я так рада, что ты цел и здоров, — всхлипнула я, быстро оглядев его, чтобы убедиться, не пропустила ли я каких-то травм.

Он выглядел, как всегда: большой, мускулистый и внушительный, в военной форме и фуражке, скрывавшей короткую стрижку. Я нахмурилась, заметив на его брови поблекший шрам.