Стажерка в Академии Теней

– А ты, малыш, и одной-то не добил! – язвительно пропела Хелли.

Сослуживцы бранились, но не всерьез – снимали напряжение безумного дня. Потом стали травить байки, забыв о ссорах. Хохот стоял до потолка!

Аид принес мне чашку с отваром сильника, удостоверился, что я держу ее крепко и не опрокину на себя. Сел рядом. Я невольно потянулась рукой к его ладони. По привычке! Еле успела опомниться и покрылась холодным потом. Счастье, что мой напарник («Напарник, Тэмми! Не жених! И будь добра не забывать об этом!») ничего не заметил.

– Я приложился затылком и вырубился на несколько секунд, – рассказал Аид. – Но этого хватило, чтобы кастерская огнянка ускользнула. Тед не прав, она и полудохлая была достаточно опасна. Те люди погибли бы, если бы не ты.

– А потом?

Ух, как же приятно выслушивать комплименты в свой адрес! Однако минейр Мелар решил, что хватит тешить мое самолюбие.

– Потом взвалил тебя на плечо и принес в отделение, – усмехнулся он. – Как раз и наши стали возвращаться. Город зачистили – можно отдыхать.

Я представила, как неживописно я болталась у Аида на плече – точно куль с мукой. А вот Лу он нес на руках!

Но волшебные слова «можно отдыхать» вернули мне благодушный настрой. Бесконечно длинный, одновременно прекрасный и ужасный день закончился.

– Что же, я пойду?

Вздохнув, я села.

– Лежать! – приказал Аид. – Куда? Ты на ногах не стоишь! Утром я сам провожу тебя домой.

Я послушно вытянулась на лежанке, точно стражник на посту.

Правда, провалялась недолго.

Утром мы брели по тихим улицам. В стеклах отражались первые отсветы восходящего солнца. От земли поднималась прохлада. Влажная от росы трава щекотала голые лодыжки: я шла по обочине, стащив с уставших ног сапоги. Так приятно ступать по мягкой земле.

– Будто в детстве… – негромко сказал он.

Мы молчали всю дорогу до моего дома, разделив поровну и этот рассвет, и прохладную траву, и сонную тишину нового дня… Нам было славно молчать вдвоем…

Впервые дорога показалась мне такой короткой!

– Я доведу тебя до дверей! – настоял Аид, несмотря на мои неловкие протесты.