Стажерка в Академии Теней

Я потянулась, перевернулась на живот и, оперев подбородок на ладонь, залюбовалась темными глазами и губами Аида, которые я готова была целовать бесконечно. Аид улыбнулся, пятерней пригладил взъерошенные после пробуждения волосы, потянулся, чтобы чмокнуть меня в кончик носа.

– Люблю тебя.

– И я тебя, Ид.

И это было чистой правдой. И мои слова, и его.

Мы завтракали, сидя на ковре, как какие-то дикие жители степей Богаша. Хохотали и пытались измазать друг друга вареньем. Аиду удалось мазнуть меня по щеке, а потом он схватил меня, смеющуюся и вырывающуюся из его рук, и облизнул.

– Фу-фу, балбесина! – ругалась я. – Мальчишки никогда не взрослеют!

– Ага. – Аид не стал спорить, просто коварно сунул мне в рот кусочек печенья.

В Тирре был невероятно вкусный ягодный напиток, бодрил не хуже сильника. Надо будет потом рассказать рецепт Хенни…

Сердце снова кольнуло горячей иглой. В глубине души я уже приняла решение, что буду делать дальше. Но потом, потом, не сейчас, когда Аид так близко и любые, самые невероятные мечты кажутся реальными…

Мы крались по коридору в мою спальню, точно два вора.

– Идем, идем, – прошептала я, – иначе нас потеряют.

Заскочили в наши с Лаурой апартаменты и едва не сбили Лу с ног. Она оглядела нас и закатила глаза, но было понятно, что сестра всего лишь подыгрывает нашему дурачеству.

– Аид, тебя Ден искал, – сообщила она и тут же, без перехода: – Тэм, ты сегодня видела печать?

Я приподняла рукав халата и посмотрела на запястье. С кожи исчезли последние следы заклятия, она очистилась.

– О! – Я выдавила улыбку, а сердце ухнуло в пропасть. – Уже!

– Да! – Лу подпрыгивала от радости. – Наконец-то!

– Ден поэтому хотел меня видеть? – уточнил Аид, он тоже был рад, я поняла по глазам.

– Ага, надо решить, что делать дальше и как лучше поступить. Тэм… – Она сморщила носик.

Аид двинулся было следом за неугомонной сестрицей, но от дверей вернулся и коснулся уголка губ быстрым поцелуем.

– Мы ничего важного без тебя решать не станем, подождем.

Как только за ним закрылась дверь, мрачные мысли, которые мне самой напоминали злобных насекомых, снова выползли из темноты. Будто Аид был светом и при нем они боялись высовываться.