Статус: все сложно

Он писал один раз, а я не ответила, была с Глебом. Помнится, мы неплохо проводили время на острове.

Подхожу к нему, а взгляд у него такой печальный и грустный.

– Милка, привет, – сделал шаг в сторону, чтобы обнять, но передумал. Неловкое движение.

– Привет, Миша.

– Я писал тебе, хотел узнать, как дела, но ты…

– Извини, меня не было в городе. Отдыхала. Как и советовал хореограф.

– И как ты?

– Потихоньку буду возвращаться в строй.

– Ты прости меня, если сможешь. Я так паршиво себя чувствую. Ты ведь была права тогда.

Ну, про доверие, про состояние. А я не слушал. Дебил, – он взъерошивает волосы. Злиться не хочу. Это бессмысленное занятие, которое ни к чему хорошему точно не приведет.

– Да, Миш. Доверие в парах очень важно. Но я не злюсь.

– Правда? И не обижаешься?

– Нет.

– Черт. Если это так, то очень рад. Как камень с плеч. Предлагаю закрепить наше, так скажем, перемирие.

Вопросительно смотрю на него. Миша широко улыбается, а в глазах вижу блики и свое отражение.

– Блинчики в кафе.

Я начинаю смеяться.

– Ты чего?

– Прости, Миша. Это… ты опять будешь со сгущенкой? – представила лицо Глеба, расскажи я ему, что сгущенка зовет меня поесть опять сгущенку. – Прости, не получится. Но ты можешь пригласить Свету. Думаю, она согласится.

Сначала легкая разминка. Сейчас все мышцы напряжены, чувствую каждую. Приятная и ноющая боль, которая говорит о том, что у тела был перерыв.

Я наблюдаю за всеми. Понимаю, как скучала и по всему коллективу: по нашим разговорам, спорам, шуткам. Танец стал неотъемлемой частью моей жизни.

Без него я нецельная.

Все разошлись по гриммеркам. Основной состав готовится к выступлению. А я остаюсь в репетиционном зале.

Сейчас здесь тихо, даже не слышен шум светового оборудования.

Прохожусь по периметру помещения, вдыхаю этот запах пыли, смешанный со сладкими духами, и прикрываю глаза.

В голове играет музыка из партии Камилль. Этот эпизод был предпоследним в репетиции. Всегда завороженно наблюдаю за героиней. Какая она легкая и одновременно тяжелая.

Каждое движение пластичное, но и дается с трудом. Игра на грани. С одной стороны собралось все самое светлое и яркое: любовь, счастье, радость, творчество, наслаждение и ожидание успеха. С другой – самое темное и беспросветное: безумие, зависть, злость, отчаяние, смерть. Как совместить в себе эти роли, эти две ипостаси?

Музыка все играет и играет, а я встаю в центр зала и начинаю танцевать. Движения робкие и несмелые, я будто пробую это блюдо на вкус.