Двойник Короля 6

И, конечно, пора разобраться с Требуховым… Слишком долго я откладывал этот разговор.

Пусть он и ничего из себя не представляет, но сделать лишний намёк монарху, или кто там стоит за тем планом… Думаю, стоит. Мягко так, почти элегантно.

Зашёл в кабинет и упал на диван. Тут же раздался стук в дверь. На пороге возник Жора — прямой, как палка, с привычно бесстрастным лицом.

— Господин, — голос слуги звучал мягко. — Я устроил склеп для Ярослава Афанасьевича в подвале. Повесил его портрет… — Жора на мгновение запнулся. — Он теперь покоится на родной земле.

Я молча кивнул. Интересно, как отреагируют на новость Виктория и Василиса? Что предпримут?

— Я отправил официальное письмо в магистрат, — продолжил Жора, — о скоропостижной кончине от давней болезни. Про девушку, которая была с ним, не упомянул.

— Хорошо, — закинул ногу на ногу.

— Павел Александрович… — Георгий сделал паузу, его лицо на мгновение утратило привычную невозмутимость.

"— Со мной постоянно что-то случается, — усмехнулся я, — и без твоих предчувствий.

Жора поморщился:

— Вы не понимаете. Вы застряли.

— О чём ты? — приподнял я брови. Слуга решил меня переубедить, используя новый подход? Хм, даже интересно, что на этот раз он придумал.

— Все земли под Енисейском, кроме нескольких клочков, теперь ваши. Больше здесь нет земельных аристократов. Только вы, — Жора говорил тихо, но в его голосе звенела сталь.

Он замолчал, и в тишине отчётливо слышалось потрескивание дров в камине.

— Им будет сложнее найти вас, если они не будут знать, где вы, — закончил слуга.

— Ты думаешь, я боюсь? — отрезал и холодно посмотрел на него. — Пусть приходят.

Шестьсот шестьдесят пять покушений в прошлой жизни научили одному: не бежать, не прятаться и встречать всех, кто рискнул на меня пойти. Тогда через охрану пробирались только самые сильные враги, и они умирали.

Менять свою жизнь, бояться я не собираюсь. Да и дураком не слыл никогда. Готовлюсь ко всему, что могу представить. Теперь, похоже, нужно думать и о чём-то из ряда вон. О таком, как мать перевёртышей, скорпикоз, элитные убийцы императора, херофаги и прочая нечисть. Уверен, что гостей станет только больше.

Жора подошёл ближе. Его голос стал мягким, почти отеческим:

— Дело не в страхе, Павел Александрович.