Срок твоей нелюбви

Ты ждала чего-то другого? Или ты не в состоянии раскинуть своими умными мозгами, посмотрев на ситуацию с иной стороны? А может быть всё дело в прирождённом чистоплюйстве, передавшемуся по наследству от её папаши, высокомерного, придерживающегося определённых принципов и шествующего по миру бизнеса, брезгливо отдёргивающего руки от неких дурнопахнущих, как он выразился обо мне, субъектов?

И всё же ей хватило сил сорваться с крючка и ""залечь на дно"", появившись только на банкете в честь помолвки.

Яркая, ослепительно красивая настолько, что все остальные просто меркли на её фоне. Только увидев её стройную фигурку, облачённую в потрясающе красный, понял, насколько сильно мне не хватало её близости и бесила мысль о том, чего она меня лишила, решив разыграть обманутую невинность. От её подарочка и холодного тона, вновь вернувшего меня в то первое утро, меня словно ударили под дых. Она. Собой. Своим шикарным телом и высокомерным видом, леденящим спокойствием и острым, резавшим словно по живому, взглядом. Ткнула меня носом в желанное и, махнув хвостом перед моим лицом, растворилась в толпе. Сука. Знала, что я не смогу броситься вслед за ней здесь, при всём этом скоплении народа, созванного мной и моей будущей супругой для демонстрации нашего будущего успешного брака. Поманила и растаяла без следа. Вообще. Почти на целый месяц. Пропала из города...

Нет, я не верил, что она на самом деле хотела избавиться от меня.

Если ты хочешь порвать с кем-то, навряд ли будешь дарить ему свои миниатюрные трусики, еще пахнущие твоим особым ароматом. Нет, для меня это был как сигнал: обижена, но не прочь позабавиться позднее, нужно лишь выждать время и наша с ней игра будет выведена на новый уровень. А пока - приходилось довольствоваться тем, что имею - Анька, целиком и полностью в моём распоряжении, и прочие однодневные шлюхи, по большей части белобрысые. Почему-то тянуло именно на них, было приятно видеть склоненную головку, усердно насасывающую член, и представлять, что на месте той шалавы находится именно Таська, и никто другой. Вот только не помогало - секундная судорога прокатывалась по всему телу и выплёскивалась жидкостью, тут же послушно ею заглатываемой, а на меня смотрели подобострастно другие глаза, немного мутные от поволоки страсти и желания, не вызывающего у меня ничего в ответ.