Срок твоей нелюбви

Кричи! – прерывающимся голосом произнёс он, – не сдерживайся…

Придерживая ноги, яростно вбивался в неё с бешеным темпом, заставляя извиваться и поддаваться к нему навстречу, бесстыдно требовать ещё и ещё громкими стонами, переходящими в вскрикивания от особенно острых ощущений, пронзающих тело и застилающих разум. Не давал ни малейшей передышки, словно вознамерился истерзать её, выпить и высушить досуха, не останавливался, даже чувствуя, как её сотрясает от оргазма, вновь усиливая напор и убыстряясь, хотя казалось, быстрее уже некуда.

– Ты чудо… Мне еще так хорошо ни с кем не было. Люблю тебя, девочка моя… Красивая, капризная, упрямая… Люблю тебя, вредина моя…

От неожиданности она замерла в его объятиях, чувствуя как от его слов внутри разливается непривычное тепло, забираясь внутрь каждой клеточки тела, превращая его в невесомую пушинку, словно парящую над поверхностью.

– Артём, я…

– Подожди, не надо бросать мне в ответ то же самое просто потому, что момент обязывает. Я же вижу тебя как на ладони, ты всё ещё прячешься за какими-то своими стенами и страхами. То ли мне не доверяешь, то ли самой себе. Я лучше подожду, пока ты определишься, чего тебе на самом деле хочется.

– Поцелуй меня, – улыбнулась в ответ, чувствуя, что он всё-таки прав. Было бы нечестным по отношению к нему кидаться многообещающими словами, не будучи уверенной в них перед самой собой. Она уже давно перешагнула стадию простой симпатии и физического притяжения к нему, зная, что он значит для неё больше, чем все предыдущие мужчины вместе взятые. Но любовь ли это, она не знала и не могла понять… Просто плыть по течению их отношений казалось гораздо проще, чем пытаться править лодкой, направляя её к тому или иному берегу.

Утро началось позже обычного, рядом с Артёмом спалось, как всегда, крепко и сладко, но всё же Таисия проснулась намного раньше него, даже не пошевелившегося в момент, когда она встала и покинула кровать. Настроение было радостное и ясное, такое же, как яркий солнечный летний день, охотно устанавливающий свои права за окном.