Спорим, ты будешь моей?

Парень даже не посмотрел в мою сторону, просто всучил сотруднице перчатки:

– Срежьте этикетку, пожалуйста.

– Эрик! – прошипела я, – прекрати сейчас же!

– Тебе нужны перчатки? Нужны. Эти тебе нравятся? Нравятся. Я вообще не понимаю сомнений.

– Но они же белые! На один раз! Максимум на два!

– Сейчас у тебя вообще никаких нет, ни на раз, ни на два, – парировал парень.

– Кто будет платить? – вежливо поинтересовалась девушка.

– Я! – тут же ответил Эрик.

– Я! – одновременно с ним произнесла я.

И мы уставились друг на друга.

– Я сама в состоянии заплатить себе за какие-то перчатки.

– Это не «какие-то» перчатки, это перчатки от «Шерри», – высокомерно поправила сотрудница зала.

– Тебе цвет не нравится, поэтому заплачу я, – заявил Эрик.

– Где тут логика?! – возмутилась я.

Ярко-синие глаза парня смеялись, хотя он при этом лицо держал:

– Зачем тебе логика, если тебе нужны перчатки?

– Молодые люди… – неуверенно позвала нас сотрудница. – Так вы будете платить?

– Конечно, – кивнул Эрик и отправился к стойке расплачиваться.

Нет, ну вот как это ему удается? Бесит даже когда делает подарок!

Из бутика мы вышли не обратно к площади с шумным катком и пряничными домиками зимней ярмарки, а в исторический город, пройдя галерею магазинов насквозь.

Я натянула новые перчатки и поймала себя на том, что стою и любуюсь ими. Покосилась на Эрика, а тот, в свою очередь, стоял и любовался мной.

– Нравится? – широко улыбнулся парень.

– Нравится, – не стала спорить я. – Но белые.

– Главное, что нравятся, – заметил Эрик.

– Пора бы обратно, – заметила я, кинув взгляд на городские часы, висевшие на ближайшем столбе. Те уверенно перевалили за девять вечера.

– Тогда пойдем ловить экипаж, – ответил боевик и предложил мне локоть.

А я взяла и оперлась на него!

И вот мы шли, почти как настоящая парочка, по тихой узкой улице. Снег падал крупными хлопьями, небо было темное-темное, а мягкий свет городского освещения придавал холодному, почти зимнему вечеру какой-то домашний уют.

Я рассматривала дома по обе стороны дороги и ни о чем не думала – не хотелось. Решила отложить все проблемы до завтра, потому что уже наваливалась усталость насыщенного дня.

– Что ты думаешь об удаче? – вдруг спросил Эрик.

– Что мне она будет не лишняя, – вздохнула я.

– Вот мне тоже так кажется, – улыбнулся парень.

И улыбка эта была такая до ужаса знакомая – обычно после нее Дарквотер начинал творить какую-нибудь пакость, доводя меня до белого каления.