Спорим, ты будешь моей?

 – Разузнать?

– Да не надо, – отмахнулась я, протягивая девушке сверток с ее травой. – Завтра сама узнаю.

– Может, тебе кого-нибудь из ребят некромантов с собой взять? – предложила Иви.

– У меня уже есть один боевой маг, – со вздохом отозвалась я. – Боюсь, некроманта я уже не выдержу.

Или не выдержит склеп, что тоже весьма вероятно.

На следующий день ровно в 16-00 в дверь раздался короткий и вежливый стук. Открывать я не торопилась – пусть подождет. Медленно и вдумчиво покрутилась перед зеркалом, оправила одежду.

Не абы куда шла – на кладбище!

Звучало это, конечно, смешно, но на самом деле все в академии знали – соваться на территорию некромантов без должной подготовки – себе дороже. Поэтому я отмела платья и влезла в узкие, обтягивающие брюки. Если придется удирать от какой-нибудь дряни, одежда не должна цепляться ни за ветки, ни за чьи-нибудь когтистые лапы. Брюки заправила в высокие сапоги без каблука – опять-таки, на уборку иду, а не на прогулку по городу.

Стук повторился и я, вздохнув, пошла на отработку.

На пороге ожидаемо стоял Эрик. Парень окинул меня задумчивым взглядом и хмыкнул.

– Что? – с вызовом спросила я, закрывая дверь.

– Ничего. Молодец, что без каблуков и платья.

– Естественно, я же на свидание иду, – фыркнула в ответ.

– Ага, – согласился Эрик. – А где ведро?

– Какое ведро? – не поняла я.

– Ну, с тряпками, – парень сделал характерный жест, как будто что-то вытирает перед собой в воздухе.

– Если тебе очень хочется, можем зайти в лаборатории бытового факультета, и я тебе организую ведро и тряпки, – предложила я и ехидно добавила. – Воду сам раздобудешь…

– А ты, я так понимаю, будешь нас охранять? – невинным тоном осведомился Эрик.

Мы уставились друг на друга в упор. Обычно после такого обмена любезностями наступал этап нанесения материального ущерба, но сегодня нам надо было убирать склеп.

– Идем, Бонфаер. Будем отмывать нежить.

Кладбище располагалось на самом дальнем краю территории академии. От общежития туда вела мощеная дорожка, которая зимой превращалась в народное направление до тех пор, пока кто-нибудь не упросит бытовиков расчистить снег.

В четыре часа осенью уже темнело, и я совершенно неожиданно пришла к мысли, что на кладбище надо было идти с утра.