Спецназ Берии. Первый бой

Тем не менее приказ есть приказ: соединение взлетело и со страшным гулом направилось в сторону советской столицы. Но ни один бомбардировщик до неё не добрался. Для защиты парада с воздуха было задействовано более 500 истребителей Красной армии, предварительно отозванных с фронта.

Как сообщили на следующий день в сводке Совинформбюро, на подступах к городу силами 6-го истребительного корпуса и зенитчиками ПВО Москвы было сбито 34 немецких самолёта.



Под клином

К началу ноября советскому командованию стала окончательно ясна тактика немцев: «оседлать» главные автомагистрали и, используя преимущества механизированных частей и танковых групп вермахта, в кратчайшие сроки выйти к окраинам Москвы.

Для создания минно-взрывных заграждений в полосе Западного фронта из бойцов сапёрно-подрывной роты и боевых групп первого и второго полков бригады был создан сводный отряд, который в приказах Западного фронта фигурировал как Отряд инженерных войск НКВД. В оперативное подчинение отряда также было передано несколько сапёрных батальонов из инженерных сил фронта. Командование сводным отрядом было возложено на начальника инженерной службы ОМСБОНа майора Михаила Шперова. На время выполнения задания отряд поступал в распоряжение штаба 30-й армии.

Состоящий из 770 бойцов, сводный отряд должен был заградить Ленинградское шоссе на участке Ямуга – Клин – Солнечногорск и дорогу Клин – Рогачёво – Дмитров с целью максимально сдержать продвижение главной немецкой группировки к каналу Москва – Волга.

К слову сказать, на юго-западном фланге под Тулой действовал ещё один омсбоновский отряд в составе 290 минёров. Отдельные сапёрные группы бригады были задействованы также на можайском, наро-фоминском, подольском, осташковском и волоколамском направлениях.

Ануфриев попал в боевую группу, руководимую молодым и энергичным старшим лейтенантом Мальцевым, командиром первой роты. Среди подчинённых кавалер ордена Красной Звезды Алексей Петрович Мальцев за свою храбрость и решительность пользовался заслуженным авторитетом. Все испытания на тренировках он проходил наравне с бойцами, был с ними, как говорится, в радости и горе, и за это его уважали и любили.