Спящая во льдах

– Как сказал один папаша своей глупой дочке, некоторые понимают только грубую силу! – воскликнула она.

Никита одним плавным движением вскочил с земли.

В ее руке появилась длинная извивающаяся лоза. Словно хлыстом, Нимфа захлестнула его ноги и сильно дернула. Никита вновь свалился на землю, и опять поднялся. Он начинал злиться.

– Лучше уйди! – предупреждающе прошипел он, выдвигая клыки из нижней челюсти. – Я не дерусь с девчонками, но не стоит выводить меня из себя!

– Ха!

Острый каблук вонзился в его живот. Никита, охнув от боли, согнулся пополам.

Нимфа раскрыла мешок, который он обронил на землю:

– Бедные цветочки! Как с вами обошелся этот вандал! Ну ничего! Сейчас мы ему все кости пересчитаем! – Она вытащила из мешка один цветок и сунула его за ухо. – Вы подарили мне вторую жизнь. Настало время отдать вам долг.

Нимфа подошла к ящику с садовым инструментом и вытащила из него острые вилы.

– Что это ты задумала?! – испугался Никита. – Это уже не смешно!

– А кто здесь смеется? – спокойно спросила зеленая девица, беря вилы наперевес. – Ты доставляешь мне слишком много хлопот, оборотень. Мне и моим цветам. Пора положить этому конец.

И тут Никита понял, что она не в себе. Она сумасшедшая!

Нимфа размахнулась. Никита резко вырвал руку из хватки растения и ударил когтями по второй лиане. Путы разошлись, словно желе, и он бухнулся на землю.

– Негодяй!

Она стегнула его по груди кнутом из лозы. Никита поймал лозу за конец и с силой дернул. Нимфа не успела выпустить хлыст из руки и полетела головой вперед. Он поймал ее на лету и швырнул дальше. С истошным визгом она рухнула в фонтан, подняв столб брызг.

Никита подхватил с земли свой мешок, набитый цветами, и взвалил его на спину. Затем по деревянным решеткам и деревьям вскарабкался к потолку и вылез на крышу.

Снизу раздался вопль, полный ярости. Это Нимфа вынырнула из ледяной воды. Никита бросил взгляд сквозь отверстие в крыше. Зеленая незнакомка менялась на глазах: ее кожа быстро бледнела и принимала обычный человеческий оттенок, волосы становились темнее. Через мгновение из фонтана вылезла мокрая, взъерошенная и злая, как тысяча чертей… Светлана Романова.

Никита потрясенно замер.

– Хам! – крикнула Романова.