Спасенная любовь

Корделия покраснела.

— Не для тебя, — холодно ответила она.

— Как так?

— Я ничего у тебя не прошу. Я планирую вернуться в Корнуолл и, конечно, если ты когда-нибудь захочешь приехать и увидеть своего ребенка, не стану возражать, но это все, что я жду от тебя.

— Ты шутишь, да? — недоверчиво спросил он.

— Нет, Лука, это серьезно. На самом деле в ту минуту, когда я услышала, что ты вот-вот женишься…

— Никто еще не произнес брачных обетов! Изабелле всегда было суждено быть моей женой. Сейчас мне тридцать четыре года, и время пришло.

— Не важно. Факт остается фактом: в ту минуту, когда ты рассказал мне об… об… Изабелле… — Корделия едва смогла выговорить это имя, — я приняла решение уйти, ничего не сказав, но потом этот обморок… и, когда ты предложил мне бренди, я подумала о ребенке, и все случайно вышло. Но я не собираюсь портить тебе жизнь. Я возвращаюсь домой, и, как уже сказала, ты можешь делать все, что захочешь. — Корделия начала подниматься с дивана.

— Ты никуда не пойдешь, — процедил Лука сквозь зубы.

— Я в порядке. Я больше не упаду в обморок, поверь мне. Я совершенно здорова.

— Повторяю, ты никуда не пойдешь. Ты не можешь сбросить бомбу в мою жизнь, а потом заявить, что собираешься уйти как ни в чем не бывало.

— Мне не нравится слово «бомба».

— И мне не особенно нравится идея стать папочкой после трех недель знакомства с женщиной, но вот оно, пожалуйста. Ты сейчас сядешь, и мы… обсудим, как будет дальше развиваться этот сценарий.

"Отцовство для него всегда было чем-то смутно маячившим на горизонте. Естественно, у него должен быть ребенок, желательно сын. Все это часть его жизненного плана. Брак с Изабеллой и объединение двух великих итальянских семей. Потом ребенок, наследник престола, так сказать. Изабелла сделает то, что от нее ожидают, и ничего сверх этого. Они были едины в том, что касалось их будущего.

Все заранее спланировано, с точностью выверено. Никаких эмоций, и ему это нравилось. Он не верил, что можно увлечься.

А его мать? Он подумал о матери.