Созвездие жадных псов

– Здесь тоже не бывает, – хмыкнула соседка, – она не готовит совсем, чай только пьет или по кабакам шляется, актриса!

– Не знаете, в каком она театре играет?

– В погорелом, – припечатала баба и перевернула котлету.

Стало понятно, что больше здесь ничего не узнать.

– Слышь, – неожиданно сказала тетка, – у Гульки спроси, они дружкуют, третья дверь от ванной.

Гулей оказалась та самая злобная девица с полотенцем на голове.

– Извините, – улыбнулась она, – я накинулась на вас, просто терпеть не могу, когда приходится из ванной полуголой бежать, а слышу – к Ленке звонят.

– Вы не знаете, где Лена?

– Спит небось.

– В комнате никого нет.

– Значит, у хахаля ночевать осталась, а от него прямо на работу пойдет.

– А кто у нее любовник?

– Теперь не знаю, а раньше Петька был, в одном театре служат.

– В каком?

Гуля сдула со лба успевшую высохнуть челку и пробормотала:

– Название такое длинное, погодите, программка есть, я к ней на спектакль ходила, правда, мне не понравилось, нудно очень.

Девушка подошла к окну, порылась в куче газет, радостно сказала:

– Вот, держите.

Я глянула на листочек серой оберточной бумаги самого низкого качества.

«Новый экспериментальный театр-студия драмы и комедии Александра Зимина. Пьеса Игоря Нефедова «Король толпы». Действующие лица и исполнители…»

Елена Яковлева нашлась в самом конце довольно длинного списка. Фамилия была напечатана мелкими, почти микроскопическими буквами. Да, похоже, девица в коллективе отнюдь не на первых ролях.

– Мне нужно оставить Лене записку. Как вы думаете, можно зайти к ней в комнату?

– Почему же нет? – удивилась Гуля. – Мы тут никогда не запираем, воров не боимся. С другой стороны, переть у нас нечего.

Прихватив программку, я пошла к Лене и бесцеремонно распахнула шкаф. Так я и знала! Среди не слишком обширного гардероба обнаружилась коричневая индийская юбка из марлевки и ярко-оранжевая майка с буквами «Nice day».

В задумчивости я пощупала футболку. Конечно, наличие этой одежды ничего не доказывало. Такие прикиды продают нынешним летом повсюду. Только что я видела у входа в метро одышливую тетку лет шестидесяти, трясущую целой кучей марлевых юбочек, правда, цвет у них одинаковый, напоминающий о качественном шоколаде… Но, если подумать… Ох, чует мое сердце, что «Ребекка» нашлась. Правда, у девицы короткие темные волосы, но это не проблема, небось натянула парик.