Созвездие жадных псов

– Зато уши, как у дерева, – забулькал Паша, – слуху никакого, чистый пень!

– Вовсе неправда, – оскорбился Гриша, – все я слышу, что надо, и тебе еще фору дам. Эй, Паша, стой, стой, кошка!

«Ока» резко дернулась, я пребольно стукнулась головой о стойку. Чудом уцелевшая киска метнулась в придорожные кусты. Ну почему, когда бабушка хотела научить меня молитвам, я, пионерка, гордо отказывалась, сообщая: «Религия – это опиум для народа». Кстати, широко употребляемое в коммунистическое время высказывание Карла Маркса на самом деле цитировалось неправильно, вернее, не приводилось никогда полностью.

Но молитвы выучить следовало, сейчас бы пригодились…

Внезапно «Ока» затряслась, как под током.

– Эй, внучка, – загремел Паша, – Алябьево, тебе какую хату?

– Двенадцатый номер.

Резво подпрыгивая на ухабах, «инвалидка» донеслась до наших ворот, и я перевела дух. Не может быть, неужели доехали и не попали в аварию!

– Прибыли, – объявил Григорий.

Липкими от ужаса руками я вытащила две купюры по десятке и сунула в его протянутую ладонь.

– О, – обрадовался Пашка, – сейчас в магазин – и по пивку с воблой.

– Не, – пробормотал Гриша, – я больше сигарет хочу, «Яву», от «Примы» блевать уже тянет.

– Слышь, внучка, – рявкнул Гриша, – накось!

Он сунул мне кусочек беленькой бумажки.

– Что это?

– Наша визитная карточка, – гордо сообщили хором дедульки."

"Я посмотрела на бумажку. Аккуратным, явно детским почерком, на ней было написано: «Такси по вызову» – и телефон.

– Правда, мы только тут, по городку, ездим, – пояснил Паша.

– Не, еще на рынок в Новопеределкино, – добавил Гриша.

– Да, на базар могем, – кивнул водитель, – запросто. Ты звони, девка. Коли соберешься куда, звони накануне, и мы перед тобой сразу, как Сивка-Бурка.

– Ну, вылезай, – велел Паша.

– Я от тебя с ума сойду, – вздохнул Гриша, – сколько раз повторять, у нас только две двери. Сначала ты должон выйтить, а уж потом пассажир!

– А и верно, – захихикал Паша и начал долгий процесс выкарабкивания из «Оки».