Сонька Золотая Ручка. История любви и предательств королевы воров

Из нее вышла немолодая дама и поинтересовалась:

— Вам кого?

— Профессора из этой квартиры… Блювштейн. Звоню, никто не открывает.

— Никто и не откроет.

— Почему?

— Жена профессора давно умерла. Сам он — почти год тому.

— А ребенок? У них была маленькая девочка.

— Михелиночка?

— Да, Михелиночка.

— Ее сдали в сиротский приют.

Сонька была ошеломлена.

— В какой?

— Точно не скалу, но где-то на Петроградской стороне. — Соседка с интересом смотрела на странную женщину. — А вы кто им?

— Я? Родственница. Приехала вот проведать, а у них никого.

— Попробуйте найти Михелинку. Хотя что вам от нее? Девочка маленькая, всего-то пяти лет.

* * *Здание, где размещался сиротский приют, было ухоженным, глубоко спрятанным в парке, в котором нянечки выгуливали детей разного возраста — от младенчества до подросткового."

"Сонька вышла из экипажа, пошла по длинной кирпичной дорожке, и на подходе к зданию ее остановила молодая воспитательница в очках и в аккуратном белом халатике.

— Здравствуйте, госпожа. Вы к кому?

— Может быть, даже к вам, — приветливо улыбнулась Сонька.

— Мы тут всех знаем. А вы, простите, кем ей доводитесь?

— Я дочь профессора Блювштейн. Долгое время я жила за границей, вернулась и узнала, что никого нет в живых, осталась только Михелина.

— Да, — кивнула воспитательница, внимательно изучая гостью, — из Блювштейн никого не осталось. А Михелина вам зачем?

— Хочу увидеть девочку. Может, даже подумаю об удочерении. Своих детей у меня нет.

— Хорошо, я провожу вас к старшей.

Под любопытными взглядами детей они направились к зданию.

* * *Старшая, иначе начальница воспитателей приюта, в этот момент поливала цветы на подоконнике — она оказалась пожилой тучной дамой с приветливой улыбкой и открытым взглядом. Воспитательница, приведшая Соньку, разъяснила начальнице:

— Простите, Александра Дмитриевна, госпожа интересуется Михелиной Блювштейн.

— Михелиночкой? — мило удивилась старшая. — Нашей замечательной девочкой? Очень приятно.

Она оставила свое занятие, протянула гостье руку.

— Здравствуйте. Как вас величать, сударыня?

— Софья Андреевна.

— Красивое имя. — Старшая кивнула на стул, сама уселась на свое место. — Вы кто для Михелиночки?

— Наверное, тетя.

— То есть у профессора было двое детей? Вы и отец нашей девочки?

— Совершенно верно.

— Вашего брата звали Михаил?

— Почему — звали? Надеюсь, он жив?

— Это никому не ведомо. Он ведь отбывает пожизненную каторгу.