Сохраняя веру

 – Можно включить что-нибудь другое?

– Извините, сэр, – качает она головой, – но нам дают только одну кассету.

Состроив хмурую мину, Иэн срывает с себя наушники, засовывает их в карман кресла, стоящего впереди, и склоняется над своим портфелем, решив использовать время полета для изучения данных кью-рейтинга и таким образом выяснить, в какой части страны его лучше узнают. Достав нужную папку и выпрямившись, Иэн бросает беглый взгляд на экран.

Женщина, с которой Петра Саганофф беседует, кажется ему отдаленно знакомой.

Листая бумаги, он начинает припоминать: ребенок! Женщина на маленьком экране держит младенца, тот выгибается и дрыгает ножками. Иэн снова надевает наушники. «За ночь все болячки зажили. Инфекция исчезла», – слышит он и вспоминает, где видел эту женщину. Она стояла перед белым фермерским домиком в Нью-Ханаане и смотрела, как Вера Уайт катает ее ребенка в игрушечной коляске.

На щеках Иэна проступают желваки. Значит, теперь девчонка не только мертвых воскрешает, но и СПИД лечит? «До этой девочки Веры дотронулся сам Господь», – говорит женщина на экране.

– Вот черт! – бормочет Иэн.

Он вылетит обратно в Нью-Гэмпшир первым же рейсом и с удвоенной энергией развернет разоблачительную кампанию. Он выведет на чистую воду эту Веру Уайт с ее смехотворными претензиями на способность излечивать неизлечимых.

Но нет, сначала он, как всегда, навестит Майкла, а уж потом вернется в Нью-Ханаан.

Пытаясь сосредоточиться на своих бумагах, Иэн видит только руки, перебирающие карты: красная, черная, красная, черная… А на экране смеется и резвится больной СПИДом младенец, еще два дня назад почти не подававший признаков жизни.

13 октября 1999 года

Со всей сосредоточенностью, на какую способен семилетний ребенок, Вера складывает в холщовую сумку, в которой мама обычно носит библиотечные книжки, вещи, необходимые для побега: плюшевого медведя, сменные трусики и пачку печенья, украденную из кладовки.

Когда мама включает у себя в ванной воду, Вера потихоньку выходит из своей комнаты.