Соблазн для возлюбленной

Отец вынужден был бежать из Англии по твоей вине. Надеюсь, ты не станешь отрицать этого?

– У меня не оставалось выбора!

– Выбор есть всегда, мама. Это единственное, что я хорошо усвоила, живя вдали от тебя и твоих жестких правил. Отец никогда не простит твоего предательства. Он не читал твоих писем, а просто сжигал их не вскрывая. Папа обрел покой, как только разлюбил тебя.

– Ты приехала, чтобы ранить мне сердце?

По щекам Кэтлин покатились слезы. Ванесса не была готова к этому! Обезоруженная жалким, беспомощным видом матери, она стала лихорадочно придумывать, как утешить ее.

– Я совершила только одну ошибку, – промолвила Кэтлин, – не сообщила вовремя твоему отцу о происках Ратбена. Но, впрочем, результат был бы тот же. Уильям все равно вызвал бы Генри Ратбена на дуэль и навлек бы на себя гнев Альберта. Однако он, по крайней мере, не стал бы ненавидеть меня, если бы знал всю правду.

– Я не говорила, что папа испытывает к тебе ненависть, – сказала Ванесса.

– Я и не обижаюсь, – промолвила Кэтлин. – Я никогда не желала ему зла. Мое сердце разбилось в тот момент, когда я поняла, что он хочет расстаться со мной…

Ванесса не верила в искренность матери.

– Я не люблю лгать, – сказала она. – Но мне приходится делать это, когда речь заходит о том месте, где мы с отцом жили все это время. Мои сестры уже взрослые люди и заслуживают правды.

– Правда порой больно ранит.

– Думаю, вы оба не заглядывали слишком далеко вперед. Но прошло уже шесть лет. Еще немного, и подобное объяснение перестанет быть оправданием. Сестры выйдут замуж и захотят навестить отца, что тогда?

– Это тема, которой не следует касаться.

– Черт возьми, мама, но так не бывает!

Кэтлин напряглась.

– Что именно рассказал тебе отец?

– Все.

– Клянусь, я этого не делала.

– Но ты была в шаге от падения, – воскликнула Ванесса. – Отец застал тебя с любовником.

– Боже мой, он не имел права говорить тебе об этом!

– Какое теперь это имеет значение? С тех пор слишком много воды утекло. Сестры не понимают, почему отец до сих пор не вернулся домой. И врать им, что мы станем нищими, если потеряем плантации в Вест-Индии, было бы очень наивно.