Снежинка для бандита

Мне казалось иногда, что он готов меня убить. А в иной раз, что он собирается перекинуть  меня через плечо и утащить в ЗАГС. Но в любом случае я не хотела ни того, ни другого. Теперь я хотела жить. Меня переполняла жажда новых впечатлений. И у меня была цель. Рано или поздно я смогу стать финансово независимой. И не знаю как, но я отделаюсь от Демида. Потому что то, что он сделал, я не прощу. Никогда.

Отношения с одногруппниками улучшились. Мне больше не предъявляли претензий, ничего со мной не делили. С некоторыми ребятами и девушками сложились если не дружеские, то очень близкие к ним отношения.

А еще каждое утро на месте, где я обычно садилась, меня ждала коробочка с белой хризантемой. Красивый, аристократический цветок. И каждый раз я задерживалась в аудитории позже остальных. Вернее не только я. Шувалов тоже. Мне безумно было жалко ни в чем неповинный цветок, но я демонстративно выбрасывала его в урну.

В конце мая в один из вечеров я как обычно занималась зубрежкой. До сессии оставалась всего ничего. И хотя я могла снять с карты приличную сумму, чтобы оплатить экзамены, делать этого мне не хотелось. Я стремилась доказать себе самой, что чего-то стою.

В комнату зашел Демид.

Глянув на него, безошибочно поняла, что барин изволит гневаться. Он полез в шкаф за чистым бельем, собираясь в душ, и слишком сильно хлопнул дверцей.

Я бросила свое занятие и спокойно спросила:

- Что? - даже не собираясь расширять предложение.

Остальное он поймет сам.

- Хризантемы любишь? - стараясь контролировать голос, поинтересовался парень.

Его голос создавал такой диссонанс с бешеным выражением глаз. Но теперь  такого ужаса перед ним я не испытывала.

- Донесли уже? Нет, Демид, не нравятся. Если рассказали про цветы, то должны были и поведать, что с ними случается потом.

В следующее мгновение я оказалась перевернутой на спину и прижатой к кровати. Он запустил руку мне в волосы и чуть оттянул их.

- Лерка, только попробуй перед этим недоноском хвостом крутить. Убью ведь! - прорычал Демид, отбросив свою показушную сдержанность.