Случайный ребенок от миллиардера

Все еще не верилось, что это был тот самый Дима, с которым мы постепенно сближались, понемногу узнавали друг другу, медленно, но верно привязывались и, не побоюсь этого слова, влюблялись.

Неужели настоящим был этот Соколов, что стоял сейчас передо мной, что был при нашей встречи? Грозный, злой, полный ярости. Готовый делать лишь то, что он хочет, готовый идти по головам других для достижения своих собственных целей.

– Я все сказал.

Дима бросил брезгливый взгляд на кучу сваленного в центре гардеробной тряпья, а затем рванул вперед.

Я поймала его у самой двери, схватив за руку чуть ниже локтя.

– Убрала. Руку.

– Если ты не выслушаешь меня сейчас, даю слово, ты пожалеешь.

– Что? Будешь угрожать мне моим материалом? Ты его не отдашь, я давно это понял! Если бы собиралась, уже бы давно отдала! Ты либо врешь, что он существует, либо у тебя скверные цели на этот счет. И то, и другое тебя в моих глазах не красит.

– Дело не в этом, – коротко ответила я.

– Тебе больше нечем крыть.

– Уверен?

– Алена, – прошипел Соколов.

– Пока ты занимался своими делами, я тоже не сидела, сложа руки. Знала, что рано или поздно твоя гниленькая натура прорвется наружу. Походила, поискала, поузнавала кое-что. А теперь слушай внимательно и не перебивай. Я была в твоем кабинете и у меня есть копии абсолютно каждого документа, что там хранится. А еще, – я широко улыбнулась, – я заглядывала в сейф. Все, что было там, я тоже скопировала. Все это теперь хранится у меня в надежном месте. Если ты попробуешь надавить на меня или, не дай бог, начать снова шантажировать Сашей, я не просто сотру в порошок твое добро, как ты верно догадался, я пойду дальше.

Я пойду намного дальше. Каждый документ, каждая бумага, которую я там увидела, отправятся твоим партнёрам, твоим конкурентам, в налоговую, в полицию, но самое веселое, они отправятся еще и в прессу. Честно говоря, я мало, что в них понимаю, да и разбираться мне не интересно. Зато знаю одно, если ты нечист хоть в чем-то, если ты хоть где-то допустил хоть одну маленькую ошибку, хоть один промах, пресса тебя потопит, конкуренты сожрут, а партнеры отвернутся. Дело твоей семьи придет в упадок, сына я заберу, а твое ДНК будет уничтожено. Ты останешься ни с чем. Одиноким, разбитым, сломленным. Не играй со мной, не угрожай мне и не превращай в своего оппонента. Возможно, ты сильный мужчина, но женщина в отчаянии – худший враг. Не испытывай судьбу.

Я отпустила руку Соколова, но он продолжил стоять рядом, сверля меня тяжелым взглядом.