Случайный ребенок от миллиардера

Он бы пришел ко мне, объяснил все по-человечески, предложил бы какие-то варианты, рассказал свою историю, выслушал бы меня, в конце концов! Но нет. Он не видел во мне мать, человека, личность. Только инкубатор. И цель. А ребенок не мог быть целью. Он не был вещью. И я не собиралась это пытаться объяснить взрослому мужчине. Если он не понимал этого без меня, то не понял бы и со мной.

– Думай, что хочешь, – равнодушно выдал Соколов, пожимая плечами. – Я свое слово сказал. И я не намерен менять своих решений.

– Ах, вот оно что?! Тогда знайте, что я…

– Мам? – Я вздрогнула, услышав голос Саши. Он появился в дверях неожиданно и теперь смотрел на нас озадаченно, если не сказать, расстроенно.

– Что такое, солнышко?! – Я бросилась к сыну, позабыв о Соколове, которому собиралась высказать столько, что он запомнил бы до конца жизни. Присела коленками прямо на холодный, мраморный пол, не обращая на дискомфорт никакого внимания.

– Почему вы опять ругаетесь? – Саша нахмурился, сведя бровки к переносице.

Действительно, ребенок не понимал, почему мама так злится, когда долгожданный папа вдруг взял, да вернулся. Он ждал его. Саша всегда ждал своего отца. Он постоянно спрашивал о нем, рисовал для него рисунки, делал открытки к каждому празднику, уверяя, что отдаст ему все, когда тот, наконец, вернется.

Это было ужасно, жесткого и неправильно, но я не могла ничего поделать.

Наверное.

– Это из-за меня? – совсем тихо спросил он, заставляя мое сердце упасть.

Нет, нет, нет, только не это!

– Что ты, сыночек! – быстро проговорила я, проводя ладонями по плечам сына. – Никогда не смей так думать, слышишь?! Ты ни в чем не виноват, ты понял меня?

– Но…

– Саша… – Соколов к нам присоединился уже через несколько секунд. Ровно, как и я, он опустился на коленки перед ребенком и мягко, с трепетом провел рукой по светловолосой макушке сына. – Мама права, мы ругаемся не из-за тебя. Мы оба очень тебя любим и готовы сделать все, чтобы тебе было хорошо.

На мое огромное удивление, Саша высвободился из моих рук и потянулся к отцу. Дмитрий прижал его к себе, а тот послушно уложил свою головку на широкое плечо.

– Я тоже очень тебя люблю, папочка… – тихо проговорил он.

Глава 4

Соколов все-таки отпустил нас.