Случайный хозяин для невольницы

Он тяжело дышал, хватая воздух ртом, на лице залегли черные тени, глаза наливались кровью. Мне показалось, что за пару минут он постарел лет на двадцать.

Кровь больше не текла. Тонкая розовая кожица затягивала пульсирующую рану. Главный целитель Дестины был уже почти без чувств, а лиловое пламя полыхало все так же ярко. Его помощники тоже выбивались из сил, но стояли намертво, как и огненные маги.

К счастью, к нам подтягивалось подкрепление — те, кто занимался восстановлением купола, тоже спешили на помощь, на ходу соображая, что нужно делать.

Когда яркая вспышка окутала исполинское тело дракона, Лифар издал особо громкий рев и обмяк. Я с ужасом смотрела, как его янтарные глаза закатились, а трепещущее крыло обессиленно обвисло.

Лиловый огонь исчез. И в тот же миг, Бен повалился на землю. Остальные лекари тоже едва держались на ногах. Маги чувствовали себя не лучше. Сначала битва с Хельмом, теперь дракон…

Овеон сам бережно поднял тщедушного старика с земли, и передал подоспевшему джинну:

— Давай его в лазарет.

К сожалению, боевая ипостась джиннов так и не восстановилась. Поэтому Бука легко принял бесчувственную ношу и просто побежал, ловко перескакивая через завалы.

* * *— Мы тоже пойдем, — прохрипела Марьяна. Сейчас она меньше всего походила на роковую соблазнительницу, к которой я когда-то ревновала Хельма. Изнеможённая, ссутулившаяся, будто погасшая изнутри.

— Вы молодцы, — Овеон ободряюще потрепал ее по плечу. — идите, восстанавливаетесь.

В ответ она лишь блекло улыбнулась и пошатываясь побрела прочь.

Лаир подошел к дракону и аккуратно приподнял крыло. На том месте, где еще совсем недавно была страшная дыра, отрастали светлые нежные чешуйки.

— Как он?

— С ним все в порядке. Просто отрубился. Проспиться и будет как новый.

— Очень на это надеюсь, — мрачно ответил Овеон.

Все замолчали, ожидая дельнейших распоряжений, а он стоял и напряженно думал, не отрывая взгляда от Лифара.

Наконец, тяжело вздохнул, как-то устало, обреченно потер щеку и произнес.

— Сегодня вы все сами видели…Я думаю, мой дальнейший приказ не вызовет протеста, — его голос звучал низко, строго, решительно, — властью, данной мне Императором Туарии, приговариваю р’ханда к смертной казни. В связи с тем, что Хельм нарушает работу всего лагеря, приказ о его поимке считать первостепенным.

Защитники Дестины мрачно переглядывались между собой, и ни один из них не высказался против. Я чуть не задохнулась от ужаса.