Случайное наследство леди попаданки

А разве вы не должны…

– Отговаривать вас от этой затеи? – закончил за меня господин Рей, я кивнула. – Хочу напомнить, что я адвокат, а не полицейский. К сожалению, закон не всегда может защитить невиновного и наказать преступника. Наша правохранительная система не без недостатков. Однако есть множество лазеек, чтобы обойти закон или трактовать его в пользу клиента.

– А справедливость?"

"– Вот именно! Я стараюсь добиться справедливости так, как ее понимаю. Я на вашей стороне, и буду сражаться за вас в суде. Но, если есть шанс прийти к мирному соглашению, то это надо использовать.

Безусловно, то, что вы задумали, противозаконно, однако противостоящие вам люди моральным терзаниям не подвержены. Если уж хотели убить, то не остановятся ни перед чем. Согласно букве закона, ваша с Жераром постановка трактуется, всего лишь как хулиганство. В том случае, если вас раскроют, придется заплатить штраф. Правда, если Людвиг сможет доказать, что вы нанесли вред его здоровью, то размер выплат возрастет. Хотя уверен, что ничего подобного не будет. Даже если вдруг у него прихватит сердце, или случится еще какая-то напасть, вы окажете помощь.

Я хотела спросить, почему он так в этом уверен, а потом вспомнила, что Илаида была практикующей целительницей, и долгое время лечила Дориана.

– Если тщательно подготовится, то план сработает, – уверено продолжал Йорван. – То, что вы придумали, невозможно реализовать без помощи слуг. Кто-то из них должен провести актера внутрь, а затем увезти. Да так, чтобы он никому не попался на глаза.

– Слуги на моей стороне, поверьте, они терпеть не могут Матильду с Людвигом и Тьянмиру. На всякий случай я могу взять у них магическую клятву о неразглашении. Только надо составить ее так, чтобы они могли рассказать репортерам о том, что случилось.

– А вы мстительны, – усмехнулся Йорван.

Я, конечно, отзову заявление из полиции, если дети Дориана заберут свое и перестанут тянуть лапы к наследству Илаиды. Однако о репутации Людвига и Тьянмиры заботиться не собираюсь, разрешу слугам рассказывать о призраке старого графа дье Эвиль.

Пусть репортеры напишут в газетах, что змеища и ее братец согласились выполнить последнюю волю покойного отца, только когда тот заявился с того света.

– Дело не в этом, – ответила я. – Точнее не только в этом. Просто выполняю обещания, потому что мои угрозы, кажется, всерьез не воспринимают. Я сказала, что завтра в газетах напишут о наследстве семьи дье Эвиль, значит, так и будет.