Сложные оборотни госпожи Дарианы (СИ)

Не случалось ни одного большого праздника, чтобы мы ни вытворили чего-нибудь запоминающегося. Подменить лошадей в повозках, насыпать лаванды в кисет вместо табака и наоборот, табак вместо нюхательной соли — это раз плюнуть. Славное было время. Но отец дал понять в редкой для себя беспрекословной манере, что с сегодняшнего дня я начинаю новую жизнь. Хозяйки и абсолютного совершенства. Фу, какая гадость.

Сколько же у нас разнообразных родственников. И все они здесь. В этом отношении особенно выделяется линия отца.

Моих двоюродных, троюродных и так далее кузенов и кузин я смогу назвать только потому, что каждому из них писала длинные вежливые письма. Перед любым из больших праздников на это уходило несколько дней. А при личной встрече все гости выстраивались в ряд и принимались здороваться со мной по очереди. Я слышала, что так принято приветствовать коронованных особ.

Интересно, как в моем возрасте выносила все эти процедуры мама? Не исключено, что, утомившись, кусала тех, кто оказывался в последних рядах.

Я по младости удивлялась, почему при представлении на меня косятся с такой опаской и к тому же дергаются. В последние годы знать, в том числе родня, так осмелела, что волки приближались ко мне с неподдельными улыбками.

Сейчас первым, и тоже не дожидаясь, когда это сделают его родители, здороваться пошел Фредерик Леманн-Вольфдерлайн. Мой троюродный кузен, красавчик, зазнайка, приехавший на летние каникулы из заморской академии.

Тоже, светловолосый, как Даниэль дер Варр, но в его случае эта особенность приводила к истерическому обожанию. А ведь он даже не альфа, хотя папа считает, что все задатки у него есть.

Его можно назвать моей первой любовью, которая случилась лет пятьдесят назад и хранилась в глубочайшем секрете. Поэтому мои лучшие подруги, они же кузины, растрезвонили о ней его родным сестрам, а те приняли важный вид и сообщили, что будут молчать, как могилы. Правды я так и не узнала, но переживала не очень долго и скоро влюбилась в младшего продавца в магазине перчаток, которого отличал романтичный шрам через всю щеку.

— Дариана, бесценная кузина. Я жил этой встречей, считал дни. Но как вышло, что на своем празднике ты появилась в окружении этих.. этих дер Варров? — я ожидала, что Фредерик добавит что-то еще, чтобы скрасить неловкость. Он и не подумал.

— Привет! — я привычно чмокнула родича в правую щеку.