Сломленный рыцарь

Затем она вошла в дом, но, прежде чем закрыть дверь прямо у меня перед носом, она прошептала:

– О, и я не уверена, каково текущее положение дел, но если ты решишь вытащить голову из задницы и навестить Луну, то, пожалуйста, передай ей мои соболезнования и дай ей знать, что я здесь, если она нуждается во мне.

Я уже уходил, когда резко обернулся и толкнул дверь назад.

– Соболезнования? – Я почувствовал, как глаза вылезают из орбит.

Эмилия уронила бумажный пакет, персики и чеснок покатились по полу.

Наши родители отказывались понимать, что мы с Луной больше не были лучшими друзьям или кем они нас там еще считали.

– Что произошло? – Я схватился руками за дверь, намекая на то, что она не избавится от меня, пока не объяснит.

Я пылал от злости, словно тысяча солнц во всей галактике. Температура появилась из ниоткуда. Вон говорит, что это из-за то, что я почти взорвался, наблюдая за поцелуем Дарьи и Луны той ночью.

Когда тетя Эмилия не ответила, я прошел в дом, игнорируя головокружение. Посмотрел ей в лицо и прошипел сквозь зубы.

– Говорите.

Я знаю, что если бы дядя Вишес узнал о том, как агрессивно я веду себя с ней, то кастрировал бы меня и сделал сережки из моих яиц.

Челюсть Эмилии сжалась, и она прорычала:

– Отошел, мальчишка.

А может, ей и не нужен дядя Вишес, чтобы сделать сережки.

Я решил сделать шаг назад, так как это самый быстрый способ добиться хоть чего-то.

– Ее биологическая мать, Вал, умерла.

– Господи. – Я закрыл рот, проведя ладонью по лицу. – Как она справляется?

Лунный свет абсолютно непредсказуема, когда дело доходит до Вал, так что я не представляю себе уровень ущерба, с которым она справляется. Я просто знаю, что она искала Вал и нашла – вероятно, не в том состоянии, которого ждала.

– Я думала, что это ты меня просветишь. Эди наняла частного детектива. И вот, с чем он вернулся, – вздохнула Эмилия. – И как ты не в курсе этого, Найт? Вы же всегда были словно близнецы.

Близнецы, ага. Надо увидеться с Луной. Сейчас же.

Хотя подождите – надо ли? Потому что последний раз, когда мы виделись, она наорала на меня.

Да.

Нет.

Мне надо.

Кризис превосходит все. Даже мое раздутое эго.

Чеееерт.

Она быстро исправилась:

– Родственными душами.

– Спасибо за то, что сделали все страшнее.

– Она нуждается в тебе.

– Не повезло.

Я могу быть упрямым ублюдком. Или нет? Не с Луной?

Дерьмо.