Брачная афера, или Целительница в бегах

И дело было не в обветшалом здании, обшарпанных стенах и дощатом поле, который жалобным скрипом реагировал на каждый шаг. Ремонт можно сделать. Дыры залатать, полы перестелить. Не сразу, конечно, но это не так сложно. Достаточно просто взяться и постепенно все сделать. Но как быть с остальным? Тут обычным ремонтом не отделаешься.

Второй целитель, Ганк, был очень старым. Настолько, что я даже боялась предположить его возраст. Никогда не видела столь пожилого мужчины. Лицо этого сухонького старичка невысокого роста сплошь покрывали морщины.

Мы встретились с ним в палате у одного из пациентов, старика Дугласа, у которого шалило сердце.

— Болит? — громко вопрошал Ганк, проводя ладонями над грудью пациента.

— Нет! — прохрипел тот, морщась.

Прямое магическое воздействие всегда вызывало болезненные ощущения.

— А?

— Нет! — Дуглас как смог повысил голос и тяжело задышал.

— Что? — спросил старый целитель, продолжая водить руками.

— Не болит!

— Ага, значит, болит, — выдал тот. — Ясно…

— Да нет же… не болит! Здоров я! Как бык! — прокричал пациент, краснея то ли от гнева, то ли от натуги. На его высоком лбу выступили крохотные капельки пота.

— Мыть? Нет, дорогой, ты сам себя помой.

— Да лечи уже, — проскрежетал тот, поняв, что разговаривать бесполезно, все равно целитель его не услышит.

Бернадет поспешно закрыла дверь и, натянуто улыбнувшись, произнесла:

— Не будем ему мешать.

— А вы уверены, что безопасно оставлять его один на один с пациентом? Тем более с больным сердцем? — засомневалась я.

— Совершенно, — бодро заверила она, уводя меня дальше по коридору. — Да, старый Ганк уже довольно пожилой, но зато опытный.

— Он почти глухой.

— Да, он не слышит то, что происходит вокруг, но зато прекрасно чувствует все болезни, отлично умеет лечить руками практически любое заболевание.

— И слепой, — не унималась я, вспомнив палку, которую видела рядом со стариком.

— Зато у него отлично развит внутренний взор, — не сдавалась Бернадет. — А для целителя это очень важно.

— Его просто некем заменить, так? — догадалась я.

Она вздохнула, но ничего не ответила.