Брачная афера, или Целительница в бегах

— Так не терпится меня раздеть, Хоуп? — неожиданно развеселился он.

«Хм, может я ошиблась, и блеск в глазах не из-за боли и воспаления, а спиртного?».

— Если бы я хотела вас раздеть, господин Форест, то придумала бы для этого другой, более гуманный и менее болезненный способ, — парировала я. — Давайте упростим жизнь друг друга, опустим момент неловкости и смущения. Поверьте, меня вы своим обнаженным торсом в краску не вгоните. Я и не такое видела. И лучше, если вы, пока будете раздеваться, расскажете, что именно с вами случилось.

Далее не последовало никаких шуточек и попыток меня задеть. С него как будто маска спала, обнажая истинное лицо, которое побледнело от боли.

— Значит, вы уверены, что меня уже подлечили. Тогда зачем пришли? Не доверяете своим коллегам?

— Доверяю, но хочу проверить. И мне не нравится, что вас отпустили домой в таком состоянии.

— Я сбежал, — неожиданно признался Форест.

Он попытался немного поменять положение тела, что вызвало новую волну боли, от которой его лицо на мгновение исказилось, а на лбу выступили крохотные капельки пота.

Мне пришлось сжать кулаки, чтобы заставить себя стоять на месте, а не броситься к нему и не попытаться помочь. Сейчас не время. Сначала мне следовало узнать, с чем я имею дело, а уже потом бросаться на помощь.

— Весьма опрометчивое решение, — заметила я.

— Возможно, но я очень торопился сюда.

С трудом поднявшись, Форест принялся медленно снимать с себя халат.

— И зачем? — спросила я, хотя примерно представляла, какой будет ответ.

— Боялся, что вы в очередной раз что-то придумаете, Хоуп. Нечто грандиозное и очень важное, которое, несомненно, улучшит всем нам жизнь, — отозвался он.

Хм… у меня даже не нашлось слов. Потому что он угадал. Я действительно придумала. Нечто очень важное и очень хорошее.

Форест бросил на меня внимательный взгляд и покачал головой.

— Значит, угадал.

Пришлось идти в наступление.

— И что? То, что придумала я, не значит, что это плохо.

Я скрестила руки на груди, готовая любыми способами отстаивать свою новую идею.

— Воплотить в жизнь не успели?

— Разумеется, нет.

— Ага, значит, не смогли без меня, — подытожил Форест.

И вновь угадал. Я обиженно засопела и не стала продолжать тему.

А он успел снять не только халат, но и рубашку. Голого торса я не увидела — сложно что-то рассмотреть под большим количеством бинтов, которые покрывали его тело.

Забыв обо всем, я шагнула вперед и протянула руку. Но не коснулась.