Схрон. Дневник выживальщика. Книга 2 (СИ)

Потом, когда пришли амеры, партизанил, участвовал в сопротивлении врагу. Следователь усмехался, кивал и что-то писал на бумажных листах. Поскорей бы закончилась эта канитель. Когда, блин, они поймут, что я герой войны, а не бандит и не предатель?

***

Заседание прошло быстро. Судья в погонах подполковника, зевая, выслушал мои сбивчивые оправдания. Особо я сделал упор на то, что готов преданно служить Родине. А потом начали вводить свидетелей, и стало ясно – попал конкретно. Таня с рыбзавода поведала, что я ворвался в квартиру, затем изнасиловал, а потом убил ее мужа Бориса.

Точнее – ее изнасиловал, а мужа убил. Хотя его прикончила Маша. Кстати, она выступила следующая. Мол, домогался и ее, убил деда. Вранье! И, наконец, Альбина. Когда она успела сюда притащиться? Эта шлюха сообщила в подробностях, как я напал на деревню, убивал селян, а ее взял в заложницы, лупил, издевался и заставлял заниматься сексом в извращенной форме.

Я замер на скамье, хватая ртом воздух, не в силах поверить в происходящий бред.

Это не должно закончиться так! Почему?! Судья, поднявшись, зачитал обвинительный приговор. Ввиду таких-то и таких-то обстоятельств… подсудимый такой-то… согласно статьям… по сумме совершенных злодеяний… по закону военного времени…

ЭПИЛОГ"

"БАХ! Наша шеренга вздрагивает. Очередное тело бултыхнулось в прорубь. Рядом клацает зубами Спаун. Его роскошный белый балахон превратился в лохмотья, сам он изрядно похудел. Понятно, Диму-травника приговорили за наркоторговлю и сепаратизм. Колючий ветер беспрепятственно кусает через термобелье, но я не ощущаю холода.

Хочется насладиться последними минутами жизни. Смотрю не на конвойных, не на трактора, расчищающие неподалеку снег на льду залива, не на тянущиеся из города колонны техники и пеших. Эвакуация идет вовсю. Но так поздно… плевать. Может и не будет никакого удара, но ты это уже не узнаешь, Санек. Смотрю на горизонт, на облака, на лесистые берега…

— Следующий! – лениво скомандовал офицер расстрельной команды.

Спауна схватили, подвели к проруби.

Лязгнули затворы.

– Увидимся в следующей жизни, Санек! – произнес вдруг Димон и подмигнул.

Офицер махнул рукой.

БАХ! Бульк!

– Следующий!

Следующий я. Мыслей нет, ноги не идут, меня тащат крепкие руки. Неужели моя история закончится так бесславно? Смотрю в прорубь. Белый балахон в красных пятнах медленно погружается в иссиня-черную бездну.

Может, нырнуть? Уплыву под водой. Я читал в пособиях по выживанию, что подо льдом всегда есть пузырьки воздуха.