Близняшки от босса. Сердце пополам

В глаза мне заглядывает. — Я хотела бы для начала узнать всю правду. Хорошо?

— Следствие разберется, — вместо «да» или «нет» отвечаю я.

Оставшуюся часть пути мы оба храним молчание. Я не хочу ссориться, а Снежана боится продолжать беседу. Но стоит нам забрать близняшек у ее отца, как атмосфера теплеет.

Едем в квартиру, которую я снял на сутки для нас. Аля и Рита заполняют своей энергетикой все вокруг. И мы со Снежинкой невольно опять объединяемся.

Глава 32

Снежана

Домыв последнюю тарелку после ужина, если можно так назвать битву с разбалованными малышками, я отключаю воду.

Тяжело вздохнув, прислушиваюсь к подозрительной тишине, которую нарушает лишь негромкий, спокойный голос Шторма. В детской же полный штиль. Почему-то не верится, что близняшки уснули так рано.

— Вадим, загляни к дочкам, пожалуйста, — выкрикиваю в комнату-студию, где он говорит по телефону.

Однако сразу после моей просьбы раздаются торопливые шаги. Шторм бросает все свои дела, даже важный деловой разговор с Тумановым обрывает, отчего я чувствую себя неловко, — и скрывается за дверью детской.

Улыбаюсь ему вслед, оперевшись плечом об арку. Собираюсь вернуться в кухню, чтобы протереть посуду насухо и сложить в шкаф, но замираю.

— Снежа-ан, — зовет из комнаты Вадим.

Концовка его фразы тонет в звонком смехе девочек — ехидном таком, шкодливом. Чувствую, они натворили что-то — и шалость явно удалась. А теперь радостно хохочут над реакцией папки.

Выпускаю из рук вафельное полотенце, которое летит прямо на пол, а сама мчусь к двери. Распахиваю ее, упираюсь в мощную спину Вадима, слегка отталкиваю, заставляя мужчину отступить. Протискиваюсь в образовавшийся проем, осматриваю комнату и нахожу близняшек.

— О-ой! — окинув девочек взглядом с головы до ног, выдыхаю ошеломленно.

Рита и Аля окружены пыльной дымкой, от которой обе морщатся, трут носы и чихают по очереди. Догадываюсь, что моей пудре пришел конец. И не только ей. Когда туман немного рассеивается, я получаю возможность детальнее изучить «красавиц».

— Не знаешь, что с нашими детьми? — шепчет Вадим вкрадчиво.