Скажи мне это в полночь

Этому человеку посвятил главную тему номера журнала , котoрый сейчас как раз выходит из горячих недр типографских машин. Этим человеком Тимур искренне восхищался."

"И этот человек – покойный муж женщины, которую Тимур любит. Он сделал долгий глоток и поднял голову к непонятно когда успевшему налиться темнотой небу. Ему очень хотелось крикнуть сценаристу своей жизни: «Что ты,твою мать, куришь, что тебе приходят в голову такие идеи?!». Но вместо этого Тимур приложился еще раз к пиву и принялся вспоминать разговор у Лары дома.

Хотя это был не разговор. Это была исповедь Лары. Про учебу в медицинской академии. Про встречу с Петром. Про скоропалительный брак по большой любви юной девушки и брутального спасателя. Про работу в МЧС. Про то, что это такое – быть психологом по суицидникам. Даже про то, что байк – тот самый, на котором сегодня катали Тимура – принадлежал муҗу Лары.

И даже про сам пожар, в котором, спасая людей, погиб ее муж. Лара гoворила спокойно. Пару раз голос дрогнул, один раз она прокашлялась.

Это был очень подробный рассказ. И Тимур вдруг осознал, что сравнивает рассказ Лары о пожаре в «Сад-Мега», рассказ очевидца и сотрудника МЧС, с тем, что стало известно ему. С тем, какую картину он создал в статье. Лара рассказала ему много такого, о чем не было известно широкой публике. Но она не сказала ничего, чего не знал бы Тимур.

Какое это странное… непонятно что. Именно сегодня, когда он закончил работу над материалом, который вынашивал не один год, именно сегодня, когда номер с этой статьей ушел в типографию – именно сегодня он получил подтверждение,точное, уверенное, железобетонное подтверждение, что все было именно так.

Тимур уперся лбом в горлышко бутылки. Ох, Лара, Лара, что мне теперь с тобой делать?

И что со мной будешь делать ты?

Тимур вспомнил финал их разговора. Лара вдруг взяла его за руку, сжала его пальцы.

– Дай мне еще немного времени, Тимур.

Она заглянула ему в глаза. Тимур, как сомнамбула, кивнул. А Лара придвинулась ещё ближе – и поцеловала его в губы. Коротким сухим поцелуем. В нем не было страсти. Но было обещание.

Α он, дурак, когда в квартиру к ней вошел, про спальню думал. Ну да, не обманулся в ожиданиях.