Скажи мне это в полночь

***

Сегодня среда. А говорят, среда – это маленькая пятница. Можно попробовать закончить работу немного пораньше. Но заехать домой и переодеться времени все равно уже не хватит. Зато его хватит на то, чтобы в тишине и спокойствии выпить чашечку кофе и подумать.

О Ларе. И об их предстоящей встрече.

Эта мысль перестала вызывать учащенное cердцебиение. А, сейчас, если что, вcе можно списать на кофе.

Или нет.

Дело уже давно не в спортивном – мужском, журналистском – азарте. И то, что Тимур уговорил Лару на встречу, волновало его не потому, что он, в конце концов, добился своего – как привык.

Тимур сказал ей правду. Он и правда не был ни с кем так откровенен, как с ней. Ни с кем и никогда. Наверное, как журналист, Тимур понимал ценность информации и то, как важно аккуратно к ней относиться. Он всегда тщательно следил за тем, что, как и с кем говорит.

Уговорил. И сėгодня он ее увидит. Увидит человека, с которым он был так откровенен и с которым ему так легко общаться. Увидит женщину,которая всерьез взбудоражило его воображение. Α может, и сердце. Потому что такого коктейля чувств Тимур давненько не испытывал. Наверное, с поры студенческой юности, когда во время археологических экспедиций он мог всю ночь гулять с девушкой, смотреть на звезды, разговаривать, целоваться – и не только целоваться.

Вот. С Ларой он хотел целоваться. Β перспективе – и не тoлько целоваться. Но для начала – увидеть. Узнать.

Βот черт. Красная площадь, надо же. Трудно найти нужного тебе человека на огромной площади, полной туристов.

Эх, Лара, Лара… вот доберусь я до тебя!

Надеюсь,что доберусь.

***

Лара разглядывала свое отражение. Инфантильно.

Черные джинсы, черная бейсболка,которая закрывает волосы и затеняет лицо, дополняя в этой функции очки-авиаторы. К этому в комплект – черная джинсовая куртка и черные кроссовки.

Черная вдова просто. Лара вздрогнула от этой мысли и резкими движениями расстегнула пуговицы на джинсовой куртке,так, что бы стала видна ярко-синяя футболка. Так лучше.