«Сирены» атакуют

В щель протиснулся насмерть перепуганный мальчуган. Трясущимися руками он взял ящик и скрылся в часовне. Дверь снова захлопнулась.

Посейдон коротко выругался.

Ситуация осложнилась. До сих пор штурм мог привести к потерям среди заложников, но к чему он приведет теперь, когда может пострадать груз, оставалось только гадать.

Глава двадцать четвертая

ПО МЕСТАМ

Клаус Ваффензее отнесся к перспективе прогулки положительно.

Любое действие лучше бесцельного прозябания. Сидеть и ждать неприятностей, будучи скованным по рукам и ногам, было скучно и неинтересно.

Уродливый зверюга, который его караулил, не отличался многословием – и слава Богу. Ваффензее передергивало только от одного его вида.

Он не особенно тревожился за свою судьбу. Разоблаченный агент – что ж, ситуация не нова. Допросы, суды – возможно, придется немного посидеть. К сожалению, на нем висят убийства и покушения, и это осложняет дело, но для его заказчиков нет ничего невозможного. Он не так уж и лгал «Сиренам», называясь сотрудником BND. Таковым он не был, но у его хозяев были хорошие связи с германскими спецслужбами.

Односторонние. «Кротов» хватало. Можно договориться с русскими и сдать им в обмен на Клауса кого-нибудь из разведчиков. Хозяева Ваффензее при этом ничем не рискнут, разве что «кротом», но Клаус стоит десятка «кротов». Если бы эта скотина из местной полиции не испортила всю обедню и нейтрализовала спецназовцев в отеле, все было бы на мази.

Когда в номер, где его стерегли, ворвался Флинт, Мина вскочил на ноги, подозревая худшее.

– Берем с собой этого штриха и гоним его к часовне, – выпалил Флинт. – Командир ждет. За сотню метров разделимся, оставишь гада мне, а сам пошустришь в обход, к боковой двери.

– Так уж и гада, – усмехнулся Ваффензее.

Мина несильно смазал ему по физиономии.

– Еще хочешь?

– Свинья, – коротко отозвался Клаус.

– В общем, поднимаем его. – Флинт схватил немца под мышки. – Расстегни ему ноги.

– Ты забыл, как он умеет ногами? – предостерег его Мина.

– Он ими только бегает... ничего, больше не уйдет.

Цепочка короткая, я бы оставил. Но он до полудня проковыляет."

"Давайте-давайте. Все начинается с пустячных мелочей. Сначала дают закурить. Потом расковывают ноги. Потом отвернутся, зазеваются... Наручники как затянули, сволочи. Второй раз примененный фокус у него не получится, не поможет никакое расслабление мышц. Надо подумать, как сделать так, чтобы они сами их сняли. Хотя нет, думать незачем. Надо просто ждать.

Ваффензее вел себя подчеркнуто смирно.