Сирийский рубеж

Обзору моего оператора ничего не мешало.

— Попадание, — спокойно сказал Иннокентий.

Ракета попала в борт выше крыла, и вертолёт АН-1 исчез в облаке огня. Обломки упали на землю. Шансов выжить у экипажа не было.

— Нормально, — сказал я про себя, смахнув каплю пота с кончика носа.

С ходу нанесли ещё один удар по колонне, пока Зелин прогонял вторую «Кобру».

— Вышел из боя, — сказал Ваня, тяжело выдохнув.

Осталось доработать по технике и можно возвращаться. Выполнили ещё один заход на цель. Две самоходных артиллерийских установки были уничтожены.

Дальше активизировались операторы с комплексами «Стингер». Они выполнили пару пусков, но в такой динамике, температуре и запылённости эффективность ракет не дальше 1.5 километров.

Ещё у нас в работе были экранно-выхлопные устройства. Да и Кеша, и Керимов успевали выполнять отстрелы тепловых ловушек.

Но были ещё и другие ракеты. На М113 стояли комплексы ТОУ. Вот они-то и начали в нас лететь.

— Коробочка в захвате. Марка на цели, — доложил Кеша, захватив один из М113.

— Пуск, — разрешил я.

И вновь прямое попадание. Отвернув от колонны и выстрелив ловушки, я уже начал понимать, что задача выполнена.

— 4-й, конец задания, — дал я команду Зелину, оценивая состояние техники противника.

Артиллерия была выведена из строя, проход через мост заблокирован, а большая часть личного состава потеряла боевые машины для передвижения. Эта колонна уже точно никуда не дойдёт.

Но я так и не услышал доклад от Вани Зелина.

— 4-й, 1-му на связь, — запросил я, оглядываясь по сторонам.

— П… поонял. Я подбит, — нервно доложил Иван.

— 7-й, 101-му, готовься забирать, — дал я команду сирийскому экипажу Ми-8.

Ответа не последовало.

— Ло…тор… не в работе. К нам… — сквозь помехи пробивался голос Занина.

Вертолёт моего ведомого Ивана Зелина следовал в сторону южной части буферной зоны. Из правого двигателя шёл серый дым, но Ми-28 Ивана и Шамиля медленно следовал из района работы.

— 2-й, 1-му, на связь, — запросил я Василия Занина.

Но и здесь всё тихо.

— Дотянешь? — спросил я, отклоняя ручку от себя и следуя к ведомому, чтобы прикрыть его.

— В редуктор попали. Иду на вынужденную. Надо нас… подбирать, — ответил Зелин, который сейчас работал в поте лица в кабине.

Пока я догнал Ивана, он уже снизился к земле, подняв огромное облако пыли.

— Покидаю вертолёт, — доложил он.

— Понял. 7-й, 101-му на связь, — повторно запросил я экипаж ПСО.

И тут из-за сопки показался горящий Ми-8.