Сирийский рубеж

Вся эта операция с аэродромом с нашей стороны похожа на какую-то месть, — сказал Олег.

— Я уже имел несчастье с этими наёмниками пересечься. Приятного мало.

Олег выдержал паузу, но задал напрашивающийся вопрос.

— Ты кого-то потерял?

— Да. Мой оператор умер в госпитале от последствий… встречи. Два экипажа Ми-8 сбитые в Сирии, а также подбитый Ми-28, когда погиб ещё один мой однополчанин — всё дело рук «Блэк Рок».

— И как я понял, ракета в столовую прилетела тоже не с израильского самолёта, — кивнул Олег.

— С высокой долей вероятности.

Проходя мимо одного из арочных укрытий, мы услышали потрясающий диалог инженеров и техников.

— Где он?

— Кто?

— Писюн, твою мать!

— Это не писюн, а изделие…

— Безделие! Тащите писюн, говорю. Вешать будем.

Олег посмеялся и предложил заглянуть в ангар. Исключительно из-за здорового интереса, хотелось бы посмотреть, что имел в виду инженер под названием мужского полового органа.

Четвёрка самолётов Су-27 стояла в два ряда.

Я сразу заметил, что каждый из этих самолётов отличается друг от друга. У одного имеется переднее горизонтальное оперение. Другой — двухместный. У третьего визир оптико-локационной станции смещён вправо по полёту. А четвёртый борт пошёл дальше всех — у него нет тормозного парашюта, и крылья сложены.

Даже корабельный вариант Су-27 появился в этой реальности гораздо раньше, чем в моём прошлом.

— Вы всю линейку Су-27 пригнали сюда? — спросил я.

— Решили, что каждый из опытных образцов должен пройти испытания в боевой обстановке. «Корабелку» тоже взяли, но у неё скоро будет много работы. К осени должны будут сформировать корабельный истребительный полк.

Радует, что авиационная промышленность идёт вперёд быстрыми темпами.

— Витя, ты мне нервы делать всю ночь будешь? — вылез из-под двухместного Су-27 инженер с планшеткой.

— Да они уже катят их. Эти контейнеры охраняют, как ядерное оружие, — объяснил ему коллега.

— Мне всё равно, кто их там охраняет. Нам ещё эти писюны настраивать надо…

Только в авиации могут придумать такие названия. Олег объяснил, что так инженеры и техники прозвали эти самые контейнеры РЭБ, который подвесят на Су-27е. Слишком уж они напоминают половой орган.

— На МиГах сразу придумали — «Оберег», а у нас пока что «изделие».

Я вспомнил, что в будущем у одной из станций помех будет название «Хибины».

— Назовите «Карпаты», например, — предложил я.