Синий лабиринт

Они сделали это, чтобы заткнуть ему рот… хотя он семь лет хранил им верность.

Пока Пендергаст говорил, человек мигнул несколько раз, но никаких других движений не сделал.

– Вы храните молчание в надежде получить вознаграждение? Этого никогда не случится.

Ничего. Пендергаст помолчал некоторое время, оценивающе глядя на сидящего напротив. Наконец он заговорил снова:

– Может быть, вы защищаете свою семью, опасаетесь, что если заговорите, то их убьют?

Человек не ответил и на это.

Пендергаст поднялся:

– Если вами движут эти соображения, то единственный выход для вашей семьи – это начать говорить.

Что-то мелькнуло в глазах человека… может быть, мелькнуло.

– Всего доброго.

Пендергаст позвал охранников. Дверь была отперта, щеколда отодвинута, и вошли охранники, а с ними Шпандау. Пока два охранника уводили задержанного, Пендергаст оставался стоять.

Помедлив, он сказал:

– Я возвращаюсь в Нью-Йорк.

– Сделаем.

– Вы были очень любезны. – Он помолчал. – Скажите, мистер Шпандау… вы ведь, кажется, знаток вин?

Человек посмотрел на него с плохо скрываемым удивлением:

– Почему вы так подумали?

– Вчера я видел у вас на столе брошюрку – фьючерсы на бордоские вина.

Шпандау после некоторой паузы ответил:

– Должен признаться, что люблю это дело.

– Тогда вы должны быть знакомы с Château Pichon Longueville Comtesse de Lalande.

– Конечно.

– Вам нравится это вино?

– Никогда его не пробовал. – Шпандау покачал головой. – Да и вряд ли попробую на жалованье надзирателя.

– Жаль. Так сложились обстоятельства, что сегодня утром я смогу получить ящик урожая двухтысячного года. Отличный год. Вино уже пользуется успехом. Я попрошу доставить его к вам домой.

Шпандау нахмурился:

– Не понимаю.

– Вы окажете мне огромную личную услугу, если позвоните сразу же, когда наш друг заговорит.

"Шпандау молча обдумывал услышанное.

– А если бы вы смогли сделать запись того, что он скажет, – разумеется, официально, – то это будет просто ягодка на торте. Возможно, я сумею быть вам полезен. Вот моя визитка.

Шпандау еще несколько секунд молчал. Потом на его обычно бесстрастном лице появилась улыбка.

– Агент Пендергаст, – сказал он, – я с удовольствием сделаю все, о чем вы просите.