Сидни Шелдон. Сорвать маску-2, или Молчание вдовы

И никто не поможет Никки, а спастись самостоятельно она не в состоянии.

Пожалуй, теперь ей было почти все равно.

Она умрет, отправится на небо к Дугласу, и тогда он расскажет ей правду.

А если после смерти нет никакой жизни, тоже неплохо. Она обретет наконец покой.

«Как же я устала».

Никки перевела взгляд на рану. Края запеклись и почернели. Нога почти не чувствовалась, словно принадлежала кому-то другому, но время от времени мышцы подергивались и острая боль пронзала все тело.

Сверху послышался звук шагов.

– Где же вы, доктор Робертс? – раздался голос Родригеса.

Внезапно страх вернулся. Инстинкт выживания, более сильный, чем боль, чем усталость, взял верх. Никки подтянула непослушную ногу под себя и забилась в уголок под лестницей. Она слышала, как ее враг, медленно ступая, спускается по лестнице. Сначала Никки увидела его ботинки: черные, блестящие, – затем появились брюки. Прозвучал стон отчаяния, и Никки с удивлением осознала, что он сорвался с ее губ.

– Так вот вы где, дорогая! – радостно воскликнул Луис Родригес, оказавшись прямо перед ней и наставив на нее пистолет.

Никки потупила взгляд и покачала голвой.

– Я велел тебе смотреть мне в глаза! – взревел Луис.

Трясясь от страха, Никки повиновалась. Она смотрела в лицо, которое при других обстоятельствах показалось бы ей красивым, и испытывала дикий, животный страх. В карих глазах застыли жестокость и восторг охотника, настигнувшего жертву. Красивые губы растянулись в улыбке.

Родригес тянул момент, наслаждаясь ее ужасом и беспомощностью.

– Родригес! Руки вверх, полиция!

Никки показалось, что голос Гудмана звучит далеко и тихо, словно комариный писк.

Похоже, Луис думал так же, потому что улыбка по-прежнему сияла на его лице.

– Я прямо за твоей спиной, Луис. Не стреляй."

"Теперь Никки увидела Гудмана. Он стоял на несколько ступеней выше Родригеса и почти излучал уверенность и властность. Прямая линия подбородка, стальной тон…

«Он пришел меня спасти! Неужели теперь все будет в порядке?»

Облегчение было таким сильным, что в ушах зашумело.

Спустя несколько томительных секунд Родригес медленно разжал руку, и пистолет стукнулся о ступеньку.

– Видите, детектив, я не выстрелил, – почти дружелюбно сказал он, поворачиваясь к Гудману. Казалось, что ситуация его ничуть не напрягает. – Уверен, Никки Робертс сейчас весьма вам признательна.