Сидни Шелдон. Сорвать маску-2, или Молчание вдовы

Глупая женщина! Какого дьявола она потащилась на встречу одна? Прискакала по первому зову Анны Бейтман! Доверчивая овца! Ей, очевидно, не хватило смерти Дерека Уильямса, чтобы начать действовать с оглядкой.

Нет, конечно, она умница и красавица, но влезть в столь опасное дело, где погибали люди, и при этом не научиться осторожности, так неразумно с ее стороны.

– Расскажите про Трея. Его же смерть тоже неслучайна? – спросила Никки, не отрывая взгляда от дула пистолета, наставленного на нее. Вспышка гнева Луиса Родригеса, обвинявшего ее в желании разлучить жену с любящим мужем, ревность и бешенство вполне могли стоить ей жизни в эту же самую минуту, поэтому Никки решила переключить его внимание.

Рука, сжимавшая ствол, слегка расслабилась. Луис театрально закатил глаза.

– Да он просто идиот. Жил бы дальше, как все, так нет же! Мы дали ему шанс.

– Какой еще шанс? Он что, задолжал вам денег? – не поняла Никки.

Она вспомнила версию Дерека, что Трей продолжал толкать наркотики и работал на какую-нибудь местную банду. Потом в памяти всплыла чековая книжка Уильяма Бадена, засунутая в его перекошенный рот.

– Немного задолжал, это правда, но дело было совсем не в деньгах.

– А в чем же? Вы не могли простить ему, что он ушел из семьи и начал новую жизнь?

Луис прохладно улыбнулся.

– Вы путаете меня с мелким толкалой, доктор Робертс. Трей не был частью семьи. Мне плевать, чем он занимался на улицах, это птица не моего полета.

Никки нахмурилась.

– Но его пытали перед смертью. Что он такого сделал? Чем это заслужил?

Родригес зевнул, и миссис Робертс испытала острое чувство отвращения к этому бессердечному человеку. Как Анна могла выйти замуж за это чудовище? Он же настоящий садист! Пусть она не знала об источнике его доходов, не знала о совершаемых им преступлениях, но каким психопатом он был, она не могла не чувствовать! Как можно быть настолько слепой?

Или можно?

– У Трея Реймондса кое-что было, – сказал Луис.

– Да что такого могло быть у Трея, чего нет у вас? – воскликнула Никки, и ее глаза наполнились слезами. Со смерти Трея прошло немало времени, а боль от потери до сих пор не утихала. Внезапно гнев на Луиса Родригеса ослепил ее.