Сидни Шелдон. Сорвать маску-2, или Молчание вдовы

Никаких частиц волос, кожи, одежды. Ничего.

Две пули, прошедшие навылет. Третья застряла в сердце убитого. Оружие самой обычной модели, какие фигурируют в сотнях дел. Удивлял лишь глушитель, который использовал стрелявший. Судя по всему, «дэд эйр хост», тип М, достать который было непросто. Если его купили легально, покупатель должен был заполнить особую форму заказа.

Мик Джонсон как раз обзванивал поставщиков. Гудман собирался проверить базу оружейных магазинов Лос-Анджелеса. Чутье подсказывало ему, что они ничего не найдут.

Гудман волновался за Никки Робертс. Доктор сбежала из города, но это не значило, что она в безопасности. На звонки не отвечала, однако была в сети, а значит, ее могли отследить. Джонсон точно потребовал бы ордер на арест, если бы знал, что Никки покинула Лос-Анджелес сразу после убийства частного сыщика, которого наняла. В глазах закона такое поведение было подозрительным.

– Это прислали тебе, – скучающим тоном сказала Летиша Холл, недавно вышедшая из декрета, и протянула Гудману конверт.

– Вскрывала? – недовольно спросил он, глядя на выдернутую липкую ленту.

– Конечно, нет, детектив, – возмутилась Летиша. – Пришло в таком виде."

"Лу достал из коричневого конверта два листа бумаги и резко побледнел, когда увидел в углу надпись: «Доктору Николя Робертс». Первый лист оказался счетом за услуги, отправленным из офиса Дерека Уильямса.

Второй лист был мятым и с оборванным углом, почерк принадлежал другому человеку – судя по всему, Никки.

«Думаю, тебе пригодится, Лу. Не ищи меня. Лучше держись начеку. Джонсон по самые уши увяз в этом деле. Никки».

Сердце Гудмана застучало быстрей, как ускоряющийся поезд.

– Откуда это пришло? – спросил он у Летиши таким тоном, словно она принесла ему бомбу.

– Да никто не передавал. Обычная почта.

– Значит, обычная почта? Тогда почему ты не отдала его раньше?

– Да я только что нашла конверт у себя на столе. Кто-то положил, пока я была в туалете! – визгливо ответила женщина. Пусть этот Гудман и старший офицер, она никому не позволит говорить с ней таким тоном. – Дневную почту я давно разнесла.

Гудман бросился к окну и принялся разглядывать улицу.