Сидни Шелдон. Безрассудная

– Джеф?

– Да. Сказал, что вы опять работаете вместе. Что-то «совершенно секретное». – Старик заговорщически подмигнул.

– Прямо так и сказал? – уточнила Трейси, подумав: «Презренный сукин сын! Уже вернулся в Париж и даже не позвонил!»

– О, Трейси, успокой старика: скажи, что вы опять вместе! – сентиментально воскликнул Гай. – Я умру счастливым, если это правда, честное слово!

Молитвенно сложив сухонькие ладошки, ювелир начал подпрыгивать на месте, как маленький ребенок, которому срочно нужно в туалет, и умоляюще посмотрел на Трейси смеющимися глазами.

Трейси его энтузиазм не разделяла, поэтому Гай добавил:

– А уж какой красавчик, благослови его Господь! Совсем не постарел. Да вы оба такие.

Судя по лицу, Трейси могла бы сейчас убить бывшего мужа и подельника.

«Давай работать вместе! Все, как в старые добрые времена!» Сплошная лапша на уши. Джеф себе на уме. Или, что еще хуже, все еще служит комнатной собачкой Фрэнка Дорриена. Что ж, в эту игру могут играть двое.

Испытывая прилив праведного гнева, Трейси с легкостью забыла о том, что и она тоже пришла к Гаю, перед этим согласившись сообщать агенту ЦРУ обо всем, что узнает.

Проблема в том, что все ее прежние знакомые, которых можно использовать, чтобы помочь Грегу Валтону, знакомы с Джефом.

– Значит, Джеф спрашивал тебя про того же человека?

– Верно.

– И что ты ему сказал?

– Разумеется, отправил к мадам Дюбонне, – улыбнулся Гай. – Как я понимаю, твоя будущая жертва – игрок?

– Помимо прочего, – буркнула Трейси.

– Все серьезные игроки в покер в Париже рано или поздно оказываются у Дюбонне.

Трейси процедила сквозь стиснутые зубы:

– Должно быть, это вылетело у него из головы.

Мадам Дюбонне, беззубая старая карга с лицом, разрисованным румянами, тушью и помадой, в блузке, расстегнутой едва не до пупа, чтобы побольше обнажить морщинистую грудь, считала себя женщиной-вамп. От нее пахло фиалками и сигаретами «Житан». Голос у нее был низкий, скрипучий, смех – хриплый, а шишковатые скрюченные пальцы унизаны бриллиантами размером с желуди.

Трейси мгновенно представила себе, как очаровал ее Джеф. И, вне всякого сомнения, привлекательный Хантер Дрексель тоже, если Гай прав и тот действительно сюда приходил.

– Ваш друг говорил, что вы придете. – Мадам Дюбонне уставилась на Трейси, явно не радуясь обществу молодой и куда более привлекательной женщины.

– Мой друг? Вы имеете в виду Гая?

– Гая? Кто такой Гай? Нет! Американец. Мсье Бауэрс.

«Мсье Бауэрс».