Сидни Шелдон. Безрассудная

Может, колдовские зеленые глаза? В любом случае всю неделю, прошедшую после той встречи, Паскаль фантазировал, как затаскивает миссис Морган Дрейк в постель, сдирает с нее все эти дорогие, хоть и скромные на вид одежки и выпускает на волю тигрицу, которая, как он очень надеялся, пряталась внутри. А уж когда она призналась, что интересуется картами, он тотчас пригласил ее на сегодняшнюю игру и устроил так, чтобы его жена, Алисса, уехала в гости к своей сестре в Лион.

Уж он постарается, чтобы Мэри Джо выиграла хотя бы несколько партий и чтобы ей подносили коктейли двойной крепости.

– Прошу прощения, сэр. – На пороге роскошного салона Кошена появился одетый в ливрею дворецкий. – Миссис Морган Дрейк прибыла раньше времени. Предложить ей подождать в библиотеке?

Паскаль широко улыбнулся: «Превосходно! Явилась первой. Она определенно сообразительна».

– Нет-нет, Пьер. Все в порядке. Проводите ее прямо сюда.

Джеф сидел на заднем сиденье такси, сжав кулаки.

– Неужели нельзя ничего сделать? – спросил Джеф водителя на ломаном французском. – Например, выбрать другой маршрут?

Тот невозмутимо, чисто по-галльски, пожал плечами.

– Вечер пятницы. Les embouteillages sont partout[20].

– Очень важно, чтобы я попал туда быстро.

Антуан де ла Корт, старый друг еще по тем временам, когда Джеф воровал картины, потянул несколько очень серьезных ниточек, чтобы Джефа пригласили на сегодняшнюю игру, но если Хантер Дрексель попадет туда до него… если Трейси попытается схватиться с ним в одиночку… Джеф почувствовал, что у него поднимается давление.

– Пожалуйста! – Он сунул водителю толстую пачку евро. – C’est tres important[21].

Протянув назад руку, чтобы забрать деньги, водитель усмехнулся, без всякой пользы надавил на гудок и продвинулся в пробке на пару дюймов вперед.

– Что происходит?

Джейми Макинтош из-за напряжения, не останавливаясь, мерил шагами свой лондонский кабинет.

Темза лениво текла под окном, грязным от нескончаемой серой измороси. День не предвещал ничего хорошего. Дождливый. Скучный. Безжизненный. А в Париже его команда с минуты на минуту могла арестовать Хантера Дрекселя.

– Журналист уже в поле вашего зрения?

– Пока нет.

Голос генерал-майора Фрэнка Дорриена тоже звучал напряженно.