Шут специального назначения

Потому что наглухо вырубился, и в дальнейшей поездке участвовал вполне опосредованно. В виде багажа.

Глава 47

Вохра нас окружила, карабины нам в лица…

– Внимание, говорит первый! Слушаю предельно внимательно. Докладывайте.

– Одиннадцатая команда: чисто.

– Команда номер двенадцать: аналогично.

– Тринадцатые: дубль-пусто.

– Четырнадцатый: досмотрю картину и доложу.

– Пятнадцатый: вроде ничего. Стоп, сейчас кое-что уточню.

Делай, что должно, мать твою! Задремал я только под утро, да так крепко, что едва не проспал.

Есть в кое-то веки поутру совершенно не хотелось, поэтому и не стал. Принял душ, побрился, тоскливо глядя в окно, откушал кофе. Вдумчиво оделся в чистое и тронулся. Не особо торопясь, как будто пытаясь надышаться перед… напоследок, в общем. Поэтому дошел даже раньше, чем планировал. У входа в метро поискал глазами купола с крестами, но таковых не обнаружил. Поэтому перекрестился на «Чайхану номер один» и магазин «Трикотаж», что этажом выше. А вот теперь будь, блин, что будет. От меня уже ничего не зависит.

На радиальной доступа к WI-Fi не было, зато на кольцевой – без проблем. Я приземлился возле последней двери, достал из рюкзака планшетник, вошел в сеть и принялся набивать один из Генкиных адресов.

– Это пятнадцатый! Отчетливо вижу клиента. Последний вагон, последняя дверь и направо.

– Это точно он?

– Абсолютно. Только парик с кепкой напялил, клоун.

ПРИВЕТ, – медленно, с паузами напечатал я, – КАК САМ?

Ответ пришел почти сразу же:

КАК УНИВЕРСАМ.

СИЛЬНО ПРЕССУЮТ?

УМЕРЕННО, – отозвался Генка или кто там.

 – ТЫ-ТО КАК?

ПОКА ЖИВ, – со сдержанным оптимизмом заметил я. – А КСТАТИ, КОТОРЫЙ СЕЙЧАС ЧАС?

Пауза, вот ты и попался, дружок. Генка бы ответил сразу и матерно.

ЗДОРОВО, ТЕЗКА, – высветилось на экране. – ГЕНА СЕЙЧАС НЕМНОГО ЗАНЯТ, МЫ ЕМУ ДЕЛАЕМ БОЛЬНО.

ОЧЕНЬ БОЛЬНО?

НУ КОНЕЧНО, МЫ ЖЕ ЗЛОДЕИ.

ЖУТЬ КАКАЯ, – начал было я.

И тут мне наступили сразу на обе ноги.

– Бога ради извините, – приложил ладонь к цветастой рубашке куда-то между сердцем и пупком очень большой мужик.

Тот самый, что умудрился впечатать в пол обе мои ноги одной своей кроссовкой пятьдесят какого-то запредельного размера. – Я, право, так неловок, – но ногу, сволочь такая, не убрал.

Двое приблизительно таких же габаритов организма уселись по бокам справа и слева. Так и проехали несколько остановок, один передо мной, двое по бокам, и я с опущенной главой, как тот народ среди элит, которого имеют в виду все, кому не лень. И как зовут, не спрашивают.