Шипы в сердце. Том первый

— Что? Ты не можешь… — Виктория становится бледной, как смерть.

— Могу, Вик. Я все могу. — Усмехаюсь и пожимаю плечами. — На твоем месте я бы не рассчитывал, что дело решится быстро. Бюрократия. Сама понимаешь. Пара лет… Может, года три, м-м-м?

Именно столько было у Кристины.

Конечно, Вика не в такой безвыходной ситуации, но для нее этот удар намного сильнее.

Я выхожу, уже больше не оглядываясь. Оставляю ее наедине с разбитыми надеждами и истерикой.

Пусть захлебнется в них.

По дороге домой звонит Дэн.

— Нужна только твоя отмашка. Авдеев. — Слышу, как он там курит. — Если не передумал.

Дэн хочет, чтобы я передумал. Даже не особо скрывает, что, если бы решение было у него в руках — он бы передумал. Он бы даже не начинал все это, а просто дал ей уйти.

Я смотрю на огни проносящегося мимо города.

Злость подкатывает к горлу. Мне омерзительно от того, что я собираюсь сделать. От этой холодной, расчетливой игры. От того, что придется снова смотреть ей в глаза, касаться ее, целовать, зная, что все она вся — одна сплошная ложь.

На мгновение возникает желание все отменить. Приехать к ней. Схватить за плечи, встряхнуть, заставить посмотреть мне в глаза и вывалить всю правду. Увидеть хотя бы что-то похожее на правду, когда попытается выгородит себя.

Но это настолько смешно, что я буквально чувствую, как рот растягивается в шутовской улыбке.

Если я спрошу в лоб — Кристина снова солжет. Скорее всего, будет плакать, извиваться, клясться в любви.

"Вспоминаю, как она лежала на пляже в песке и намекнула, что ее тело — просто инструмент, которому я могу легко подыскать замену. Хрен его знает, почему меня так цепанули именно эти слова. Видимо, на секунду показалось, что в них звучит смирение с чем-то необратимым.

Я вышвыриваю тот образ из головы. И так же избавляюсь от остальных — вот ее щека смешно расплылась по подушке, вот она прижимает к себе уродливого зайца, делая вид, что ей совершено не нравится романтический угар Дня Всех влюбленных.

Генеральная уборка воспоминаний тянется до самого дома. Я не оставляю ничего, просто нажимаю на воображаемые «красные крести файлов памяти, избавляюсь без сожаления.