Шипы в сердце. Том первый

Я довольно улыбаюсь, достаю телефон и начинаю фотографировать. Не себя на фоне. А сами работы. Детали. Фактуру стен. Игру света и тени. Вадим стоит рядом, засунув руки в карманы своей кожанки, и наблюдает. Не за мной. За тем, как я смотрю. И это почему-то смущает больше, чем если бы он пялился на мою задницу.

В отличие от меня, он к телефону даже не прикасается, не просит щелкнуть его на фоне граффити. Просто смотрит. И его молчаливое внимание, его сосредоточенный взгляд — почему-то дороже всех комплиментов.

Февральский ветер становится злее и начинает пробирать до костей.

— Кажется, мой гид скоро превратится в ледяную скульптуру. — Вадим становится рядом, берет мои ладони в свои — контраст в размерах в очередной раз меня впечатляет — растирает. Потом точно так же трет щеки, дует на покалывающий от холода нос."

"Вопросительно ждет какого-то сигнала, что я отогрелась, а у меня язык к нёбу прилип, как родной, и ком в горле от того, что он делает это как будто даже с… нежностью.

Но я поскорее рублю в зародыше эти наивные мечты.

Вместо этого подаюсь вперед, стараясь одной рукой свести полы его куртки, потому что пока я тут пытаюсь не превратиться в кубик льда, он вообще как будто не чувствует этот резкий промозглый ветер и горячий как печка.

— Предлагаю найти место, где тебя нужно отогреть, — Авдеев прижимает меня ближе и я буквально за секунды оттаиваю у него в руках, — а меня — накормить. Желательно чем-то, что не напоминает собачатину.

— Есть у меня на примете одно местечко, — стараюсь не пускать сопли в его футболку. — Белые скатерти и официантов во фраках не обещаю, но гарантирую лучшую пиццу в твоей жизни.

Он позволяет снова вести.

Мы опять ныряем в метро, и на этот раз я уже не так остро реагирую на окружающую действительность.

Joe's Pizza на Кармин-стрит встречает нас шумом, запахом расплавленного сыра и какой-то невероятной, почти домашней атмосферой. Маленькое, тесное помещение, простые столы, фотографии знаменитостей на стенах.