Шестерка воронов

Там, на причале двадцать два, стояла аккуратная шхуна с надписью «Феролинд» на корпусе. Было что-то пугающее в том, насколько она походила на первый корабль. На палубе не горела ни одна лампа, но как только они с Уайленом взобрались по трапу, к ним вышли два матроса.

– Вы подоспели первыми, – сказал Ротти.

– Будем надеяться, что не последними. Вы вооружены?

Он кивнул.

– Бреккер сказал нам не высовываться, пока…

– «Пока» уже наступило, – сказал Джеспер, указывая на людей, бегущих к ним по доку, и забирая у Уайлена ружье.

– Джеспер… – начал мальчишка.

– Ни один человек не должен пройти мимо вас. Если они уничтожат и эту шхуну, нам крышка.

Люди, наставившие на них оружие, стремились не только помешать Отбросам отплыть от гавани… они хотели их убить.

Джеспер выстрелил в двух бандитов, атаковавших из дока. Один из них упал, а второй перекатился влево и спрятался за бушпритом рыболовного судна.

"Снизу доносились звуки перестрелки. Еще на десять футов выше, на двадцать; ботинки застряли в такелаже. Пришлось остановиться, чтобы их высвободить. До марса оставалось два фута, когда боль острым лезвием пронзила его бедро. Ступня соскользнула, и на секунду Джеспер завис над палубой, которая была далеко внизу, цепляясь за веревки скользкими от пота ладонями. Затем он заставил себя работать ногами и начал нащупывать опору носками ботинок.

На отдых не было времени. Джеспер зацепился раненой ногой за такелаж, не обращая внимания на острую боль, проверил прицел винтовки и начал стрелять по всем, кто находился в пределах досягаемости.

«Четыре миллиона крюге», – напомнил он себе, перезаряжая оружие и находя следующего врага. Туман мешал нормально прицеливаться, но именно благодаря этому своему таланту стрелка он остался среди Отбросов после того, как его долг вырос до небес, и всем стало ясно, что Джеспер любит карты больше, чем удача любит его. Четыре миллиона крюге легко перекроют его долги, и он будет еще долго-долго жить припеваючи.