Шесть соток для Робинзона

А еще я в курсе, как Нина познакомилась с Вадимом. Галина рассказала мне историю про лес, грибника и номер телефона. Надюша, ты решила избавиться от сестры? Хочешь занять ее место рядом с Вадимом?

– Нет, нет, – зашептала Надя, бледнея так, что пятна на ее лице из розовых превратились в алые, – ничего плохого я не замышляла.

– А зачем дурман? – спросила я.

Надежда опустила голову.

– Думаешь, я буду молчать? – пригрозила я. – Ты отравила Нину!

– Нет, нет, честное слово, нет, – захныкала Надя.

– Наш разговор становится похож на бег по кругу, – вздохнула я. – Придется задать все тот же, изрядно уже надоевший вопрос: зачем тебе дурман?

– Там слабенькая концентрация, – всхлипнула Надя, – я хотела… думала… ну…

– Ну? – повторила я. – Что «ну»?

Надя оперлась ладонью о пол, встала, вымыла руки, села на табуретку и зашептала:

– Ты меня не поймешь.

– Попробую, если попытаешься объяснить, – парировала я.

– Разве это честно, что Нинке мой жених достался? – прохныкала Надя.

– Ты сама парню неверный телефон дала, – напомнила я.

Надя шмыгнула носом.

– Глупо получилось. Вадик выглядел при первой встрече нищим – одежда изношенная, корзинка старая. Вот я и подумала: пусть катится подальше…

Я молча слушала алчную Надюшу. Сказки – ложь, да в них намек, добрым людям всем урок! Ведь наверняка Надя читала в детстве про девушек, которые, встретив в лесу убогую бабушку или дедушку-оборванца, не отворачивались с презрением от стариков, а делились с ними куском хлеба.

Надюша отвергла убого одетого парня, а тот оказался психологом-фэншуистом, москвичом с хорошей квартирой и достался ее сестре. Измучившись от жизни с Семеном и Галей, Надя решила восстановить справедливость, приготовила настойку дурман-травы и поехала в Москву.

– Я ж не дура! – канючила сейчас Надя. – Вдруг полиция что-то заподозрит, меня поймают, посадят в тюрьму? У меня был совсем другой план.

В небольших дозах дурман приводит к вспышкам немотивированной злости. Надя отлично знала, что у Нины взрывной темперамент, она кричит по любому поводу и даже может распустить руки.