Шанс для шута

Но если эту функцию ненадолго отключить… особенно когда ты передаешь сумку, делая это аккурат над ногой воздыхателя…

Понятное дело, что эльф такой подлости от красивой златовласки не ожидал, потому, когда, мило улыбаясь, Ами разжала руку, через миг остроухий взвыл от боли.

– Что такое? – невинно осведомилась двойняшка. – Неужели тяжело? Ай-ай-ай, ну нельзя же быть таким хрупким!

Судя по злому взгляду, «хрупкий эльф» наметил себе первую жертву. Эльфы вообще-то мстительные. А лепреконы – пакостные.

Посмотрим!

А еще я заметила оценивающий взгляд молодого лорда лепреконов Таридина Дишэля, направленный на мою двойняшку.

И за сестру горой!

Занятия пролетели весьма быстро, на большинство наша группа ходила полным составом, на других, например артефактологии, от нашей группы было всего четыре человека. Но в аудитории сидели также и другие студенты, и общее количество все равно было значительным.

У сестры, с ее целительством, оказалась примерно та же ситуация.

Вскоре, за обедом, я разглядывала как наш стол, за которым опять объединились Охра и Аквамарин, так и соседний, с Малахитом и Янтарем.

Вообще интересно, конечно.

Еще пять лет назад студенты бы передрались, потому что между нашими секторами отношения были о-о-очень напряженные. А сейчас… вот так.

Но не все было гладко и замечательно, в чем мы убедились очень быстро. Если студенты четырех секторов, отобранные для специальной программы, относились друг к другу просто с вежливой прохладой и без агрессии, то сказать то же самое про обычных адептов было нельзя.

Мы с Амириль как раз шли на «Общую теорию целительства», когда наткнулись на первые неприятности.

Они, наверное, были ожидаемы… ведь привилегированное положение одних всегда вызывает негодование у других.

Ничего не предвещало беды. Мы с сестрой идем с одного конца галереи, оживленно обсуждая комплексные методы воздействия, а с другого конца движется компания студентов.

Когда мы поравнялись, я с любопытством оглядела неторопливо ползущую арахну, которая, судя по яркому окрасу, была девочкой.

– Что пялишься?! – вдруг грубо кинула высокая и тонкая ниора, шедшая рядом с ней. Судя по тому, как смазывались черты лица этой девушки, она явно пребывала в нервном возбуждении и плохо контролировала свое изменчивое тело.

Я растерялась и остановилась, недоуменно глядя на толпу затормозивших ребят.