Шайтан Иван 6

В спальне предстала картина, далекая от тревожных ожиданий: за изящным чайным столиком восседали сам император, граф Бенкендорф и… Александр. Они о чем-то оживленно беседовали, словно в гостиной.

Проклиная про себя всех присутствующих, я щелкнул каблуками, вытянулся в струнку и гаркнул:

— Здравия желаю, Ваше Императорское Величество! Операция проведена успешно. Потерь и пострадавших нет!

Император поднял глаза, и на его губах появилась легкая усмешка.

— Доброе утро, граф. Ну что ж… Значит, правду говорят: знают трое — знает и свинья? — Он рассмеялся, оглядывая присутствующих.

Я на мгновение опешил, не сразу поняв, к чему эта простонародная присказка.

— В каждой шутке, Ваше Величество, — парировал я, — лишь доля шутки. Остальное — сущая правда.

Император рассмеялся уже громче, оценив мой ответ.

— Граф, вы не перестаете меня удивлять! — воскликнул он. — После ваших визитов хоть записывай изречения. Но довольно веселья. Вы меня убедили, господа. Приступайте к подготовке отряда. Деньги будут выделены.

— Ваше Величество, — обратился я, ловя момент, — осмелюсь просить отметить верность долгу смены дворцовых истопников и возчика дров. Истопники, не дрогнув, с топорами в руках напали на нас, пытаясь пресечь наше проникновение. Честно исполняли свой долг, как его понимали.

Император приподнял брови, явно удивленный.

— Вот уж не ожидал от истопников такой прыти! Ну что ж, если так… Александр Христофорович, премируйте их за рвение в службе.

— Слушаюсь, Ваше Величество, — сухо отозвался Бенкендорф, бросая на меня взгляд, полный не столько одобрения, сколько будущих вопросов.

Глава 33

База пластунского батальона. Пластуновка.

— Андрей, ты надорвёшься. Слишком много на себя взвалил. — Сказал Костя после очередного поединка. — Я понимаю тебя, но ты слишком торопишься и пытаешься охватить всё сразу.

— Да нет.

За месяц своей службы в батальоне Андрейка незаметно сблизился с Константином. Оба вольнопёры, они старательно вникали в особенности службы, каждый раз получая нагоняи от сотника Сухина, дядьки Трофима. Каждый из них на выходе в учебный рейд командовал полусотней.